Читаем Будем жить! полностью

Машу рукой, и мы медленно, осторожно спускаемся по лестнице, контролируя каждый шаг, ожидая всяческих пакостей. Каких именно? Да кто ж их знает! Что там за люди сидят, мы же не знаем – если сидят, конечно! Может, Митьке показалось? Но вообще-то он не настолько… хм… романтичный, чтобы увидеть то, чего нет. Даже излишне конкретный парень.

Шаг за шагом… шаг за шагом… и зачем я полез в этот институт? Дурацкая надежда спасти Лену, вот зачем! А вдруг?! Кто может ее спасти, как не врачи-микробиологи, занимающиеся этим делом все свою жизнь?!

Оп! Первый подземный этаж. Сколько еще их?

– Эй! – внезапно кричу в пустоту. – Есть тут кто-нибудь?! Эй!

Молчание. Где-то далеко, очень далеко вроде бы хлопнула дверь. Киваю Митьке, и мы идем туда, откуда послышался звук.

Длинный коридор, двери, закрывающиеся на электронный замок. Тусклый свет неоновых плафонов, окрашивающий лица в белесый, неживой цвет.

Митька идет сбоку от меня, ствол пулемета вперед – будто вынюхивает этим стволом цель. Лицо друга напряжено, он наготове. Хороший у меня друг! И вообще – хорошие у меня друзья! Лена… ох, Лена, Лена! Что делать?! Ну что же делать?!

Коридор заканчивается стальной дверью с окошком. Митька постучал по стеклу, задумчиво сказал:

– Пуленепробиваемое? Щас попробуем!

Поднял ствол пулемета, нацелив его в окошко, но я остановил:

– Мить, не надо. Просто нажми вон ту кнопочку.

Митька посмотрел на кнопку переговорного устройства на двери, оглянулся на меня и промолчал. Не до шуток, да. Мне, если честно, не шутить хотелось, а выть! Выть, как волку, попавшему в капкан!

Митька нажал на кнопку, и… ничего не произошло. Он нажал еще раз… секунд через пять хриплый мужской голос недовольно спросил:

– Кто там? Чего надо?

Я слегка опешил. И правда, а чего нам надо? Чего мы хотим от этих людей? На что надеемся?

– Поговорить! – наконец-то выдавил из себя я. – Мы хотим поговорить!

– А кто вы? – так же недовольно спросил голос.

– А кто – ВЫ?! – начал злиться я. – Откройте!

– А надо ли? – засомневался голос.

– Надо! – сдерживая себя, заверил я. – Потому что, если вы сейчас не откроете, мы расстреляем эту дверь из пулемета и все равно зайдем. А потом уже будет поздно.

Что именно будет поздно – я не уточнил, потому что сам не знал. Но собеседник за дверью, наверное, меня понял, потому что дверь щелкнула и открылась.

– Будь настороже! – предупредил я Митьку, и тот согласно кивнул. И правда – не хотелось бы получить по башке и остаться тут навсегда. Нам есть для чего жить. Наверное.

За дверью оказался еще один коридор – небольшой, метров пять. И такая же дверь, только без переговорного устройства. Когда закрылась первая дверь, что-то вдруг зашипело, и коридор наполнился клубами белого то ли пара, то ли газа. Я невольно задержал дыхание, а Митька выматерился и закричал:

– Вы охренели, что ли?! Я щас разнесу этот притон!

– Не волнуйтесь, это не опасно. Дезинфекция!

Митька поперхнулся и замер, вытаращив глаза, – голос теперь был женским и довольно приятным.

– Их двое! – тихонько шепнул он, встав на цыпочки и потянувшись к моему уху.

– Как минимум, – рассеянно кивнул я и поправил ремень автомата на плече. – Не делай резких движений. Без моей команды – не стрелять!

Туман в комнате исчез минуты через три, когда мы уже как следует наглотались этой гадости с горьковатым привкусом лекарства. Невидимые насосы выкачали воздух так же быстро, как и накачали, дверь впереди щелкнула и открылась.

Небольшая комната – столы, кресла, компьютер. Пульт с множеством экранов. Охрана? Наверное… пункт охраны. Странно, конечно, но почему бы и нет? В стене напротив входа – стеклянная дверь, скорее всего пуленепробиваемая – уж больно массивная на вид. Вделана в стальную стену, и на ней – переговорник. А еще – неясные белые фигуры. Две? Нет – три фигуры!

Стеклянная дверь с шипением открылась, уйдя вбок, и в лицо ударил теплый ветерок. Только сейчас я заметил, что в подвале холодно, как в холодильнике «Саратов», и невольно поежился. Фигуры в белых скафандрах вышли из дверей, один из них держал руку за спиной, и я тут же среагировал:

– Руки из-за спины вытащили! Быстро! Иначе стреляю!

Я приставил приклад к плечу и взял на прицел. И точно: длинный в белом скафандре опустил руку, и в ней оказался пистолет – «макаров» вроде как.

– Все! Все! Не стреляйте! – Голос длинного показался мне испуганным, что и понятно: испугаешься, когда на тебя смотрят два ствола, да не пукалки, как у него, а настоящие убойные машины.

– Михаил Михайлович, я говорила вам! – Голос принадлежал фигуре пониже, и за стеклом угадывалось женское личико. – Ребята, это ошибка! Мы не хотели стрелять! Это так, на всякий случай!

– А я сейчас на всякий случай прострелю ему ноги! – тихо и зловеще бросил Митька и угрожающе повел стволом. – Бросил пистолет! Быстро!

Пистолет свалился на пол со звенящим стуком, и я недовольно покосился на Митьку, – а если бы эта штука стрельнула, ударившись о пол? Что, нельзя было положить пистолет на стол? Что за театральные эффекты?!

Митька, видимо, понял мой взгляд и неопределенно пожал плечами – мол, как получилось, так получилось.