Читаем БронеМашина времени полностью

— Ты давай без обид. Это я тебе просто популярно объясняю, чего ты стоишь на этой грешной земле…

— И на том спасибо.

— Вещей у тебя много?

— Не-а, мне собраться — что голому подпоясаться…

— Тогда иди, собирайся.

— А может, я не хочу? Здесь вообще-то интересно, пострелять из крупных калибров дают. А дома что — жвачник смотреть или порники в Интернете… И вообще, я в здешней публике сильно разочаровался…

— До дома еще добраться надо. А чем тебе здешняя публика помешала?

— Уроды. Я им все планы немецкого командования на год вперед выдал. А они — ноль внимания! Счастья своего не понимают…

— Во-первых, насчет «ноль внимания» ты ошибаешься. А во-вторых, даже если бы через фронт к русским перебежал Йодль или Гальдер с аналогичными россказнями — им бы тоже не поверили на сто процентов. Так ты же не Гальдер… И вообще — кончай мне мозги компостировать, «незаменимый специалист». Твой комполка аж запрыгал от радости, узнав, что тебя переводят…

— А замполит небось вообще заплакал от счастья… С них станется…

Я сплюнул в грязь и пошел к своей самоходке за вещмешком. В небе загорались первые звезды, и я понял, что самое интересное, наверное, еще впереди…

Голоса за кадром — 3. ПОВЕЛИТЕЛЬ ОДНОЙ ШЕСТОЙ ЧАСТИ СУШИ.

Несколько ранее. Кабинет в Кремле.

Климов давно не видел Хозяина таким задумчивым. Сталин курил трубку и мрачно смотрел на стол перед собой. На столе лежали две толстые общие тетради в серых холщовых обложках…

— Это харашо, товарыщ Клымов, — сказал Хозяин, положив потухшую трубку, — что на сэй раз ынформация попала к вам раньше… Это замычательно…

— Так точно, товарищ Сталин!

— Что дала провэрка изложенных фактов, товарыщ Клымов?

— Проверка, товарищ Сталин, показала, что все изложенные в данных документах события действительно произошли. По крайней мере, то, что касается периода с июня по ноябрь нынешнего 1942 года…

— Это я и сам сумэл понять, товарыщ Клымов. Что еще?

— Анализ документов показал, что совпадение с происходящим в действительности составляет не менее 80 %. Мистика какая-то, товарищ Сталин!

— Ви это бросьте, товарыщ Клымов. Что еще показала проверка?

— Проверить предсказания, связанные с ближайшим будущим, мы, товарищ Сталин, по понятным причинам не в состоянии…

Эта фраза заставила Сталина усмехнуться в усы. Если бы Климов со своими головорезами умел еще и предсказывать будущее, Сталин был бы вообще всемогущ…

— Между тем, — продолжал Климов, — проверка личности автора документов показала, что, по крайней мере, большая часть его рассказов о пребывании в плену достаточно правдоподобна, товарищ Сталин!

— В каком смысла «достаточно правдоподобна», товарыщ Клымов?

— В районе Бреслау, по оперативным данным разведки, действительно находится танковый полигон вермахта, где немцами испытываются как новейшие, опытные образцы своей техники, так и представляющие интерес трофеи. Проверка подтвердила, что на полигоне действительно работали советские пленные. По крайней мере, в тот период, о котором рассказывал автор документов. Подтвердилась и информация о постоянных визитах на полигон высших нацистских чинов. По оперативным данным, Гитлер в указанный период побывал там три или четыре раза, Геринг — два раза, Шпеер — не менее десяти. Про фельдмаршалов и генералов из ОКВ и ОКХ я не говорю. Они, товарищ Сталин, наезжают туда регулярно.

— То есть ви хотыте сказать, товарыщ Клымов, что этой информации можно вэрить?

— Видимо, можно, товарищ Сталин. Но с учетом того, что мы не можем проверить все 100 % полученной информации…

— Да, — сказал Сталин задумчиво, вроде бы специально ни к кому не обращаясь. — Пока все удивитэльным образом совпадает… Что, кстати, с автором документов?

— К счастью, им с самого начала занималось ГРУ. Они оперативно информировали нас, что позволило избежать ненужной огласки. Силовое воздействие я, по вашему распоряжению, запретил. За интересующим нас человеком установлен негласный контроль. Данные контроля подтверждают, что он тот, за кого себя выдает.

— Гдэ он сэйчас?

— После проверки он отправлен на учебу в одно из танковых училищ. После чего отправится на фронт, товарищ Сталин. Никаких вызывающих подозрение контактов у него до последнего момента не было…

— Харашо, товарыщ Клымов. Пусть все идет своым чередом. Наблюдение продолжайтэ, но аккуратно, чтобы никто ничего нэ заподозрил…

— Так точно, товарищ Сталин!

— Ви свободны, товарыщ Клымов!

Все говорило Сталину о том, что эти материалы необходимо было использовать. И тут вождь скривился, словно от зубной боли.

Дело в том, что за год с лишним до этого имел место аналогичный случай. Началось все с того, что в Ленинграде вскоре после окончания «Зимней войны» с белофиннами в апреле 1940 года прямо-таки ниоткуда объявился некий «человек со странностями». Он привлек к себе внимание тем, что высказывал жуткие вещи. В частности, говорил о том, что летом следующего года начнется большая война с Германией, которая будет иметь для СССР самые неприятные последствия. Более того, он послал в различные инстанции письма, где детально расписывал эти свои пророчества.