Читаем Бравый голем полностью

— Но ведь кто-то должен оставаться все время в комнате, чтобы смотреть за лампой, — пустилась ведьма в рассуждения. — Вообще-то лампа может гореть сама собой, но иногда она начинает гореть слабо и мерцать, есть риск, что она вовсе погаснет, и потому за ней нужен постоянный надзор. Рапунцелия, ты ведь хорошо знаешь это! А теперь дай мне разделаться с этим негодяем, — и когтистая рука ведьмы, облаченная в черную перчатку, вновь зловеще протянулась к голему.

— Ну тогда спроси, почему она сама не может присмотреть за лампой, покуда ты выйдешь на минутку на улицу, ведь это несложно, — нашелся голем.

— Но ведь ты совсем не ориентируешься в том, что происходит снаружи! — возразила ведьма.

— Это верно, Сладчайшая Матушка! — кротко сказала Рапунцелия. — Тем более, что ты и так многое мне рассказала о Ксанте, ведь правда?

Это противоречие привело Морскую Ведьму в затруднение. Она, конечно же, рассказывала девушке о Ксанте многие вещи, но только те, что считала нужными для себя в будущем и вполне безопасными сейчас. Тут было явное несоответствие, но нужно было постараться как-то избежать его, иначе конец!

— Она когда-нибудь говорила тебе, что Морское Чудовище никогда не пользуется сигналами вашей лампы? — не отставал Гранди.

— Не может этого быть. Чудовище все-таки пользуется этими сигналами, — возразила ведьма с самым невинным видом.

— Странно, само Чудовище говорило мне как раз обратное! — торжествующе заметил голем.

— Рапунцелия, девочка моя, неужели ты веришь этому маленькому лгуну? — закричала ведьма.

Но Рапунцелию снедали сомнения. Она явно не знала, кому сейчас можно верить.

— Я… я… — лепетала она, не в силах выбрать, чью же сторону принять.

Гранди понял, что нужно по-другому убеждать девушку в своей правоте. Нужно было спровоцировать Морскую Ведьму на более агрессивную тактику, но это было весьма рискованно.

— Возможно, я действительно не прав, — обратился голем к ведьме. — Если я перестану оскорблять вас, вы оставите меня в покое?

Лицо старухи исказилось — она явно просчитывала возможные плюсы и минусы такого поворота событий. Беда ведьмы была в том, что она не знала, как много этот проклятый голем успел наговорить Рапунцелии перед ее приходом, да к тому же было еще непонятно, чему именно из рассказов голема Рапунцелия поверила. Но ей не хотелось также, чтобы голем задерживался в Башне слишком долго — ведь еще неизвестно, что он может рассказать потом. Нужно попытаться нейтрализовать его при первой удачной возможности.

— Почему бы и нет… ты… крошечное создание! — натянуто улыбнулась колдунья.

Так, это уже кое-что, подумал Гранди.

— В таком случае, я прилягу ненадолго вон на ту кровать — мне так хочется отдохнуть, я ведь здорово устал! — сказал Гранди. Он проворно спустился с плеча Рапунцелии, которая уже и сама двинулась к своей кровати, чтобы положить на нее испуганного, как ей казалось, Гранди. Голем затем ловко запрыгнул на кровать, взобравшись по ноге девушки.

— Будь наготове! — прошептал голем притаившемуся под кроватью Фырку.

Взобравшись на кровать, Гранди завозился, устраиваясь поудобнее.

— Эй, бабуля, — вежливо обратился голем к Ведьме, — а как насчет того, чтобы немного подзакусить?

Ведьма сразу нахмурилась — как Гранди и предполагал, она не сочла в свое время нужным обучить Рапунцелию слову «бабуля». А девушка явно думала, что в этом слове не таилось никакого пренебрежительного оттенка; соответственно ведьма была вынуждена не выказывать своего раздражения.

Колдунья снова улыбнулась, но было видно, что эта улыбка стоила ей поистине титанических усилий.

— Конечно же, мой милый голем! Я сейчас мигом вернусь, — и старуха опрометью бросилась туда, где по расчетам Гранди должна была находиться кухня.

— А Сладчайшая Матушка всегда говорит тебе чистую правду? — осведомился Гранди у Рапунцелии, как только они остались вдвоем. Он знал, что ведьма наверняка слышит все, что тут говорится, и мигом примчится обратно, как только услышит что-нибудь не слишком приятное в свой адрес.

— Всегда, — отозвалась девушка.

— Ну, а если ты когда-нибудь уличишь ее в том, что она говорит неправду?..

— Вот твоя еда! — произнесла скороговоркой ведьма, вихрем ворвавшись в комнату. Она принесла с кухни огромный ломоть черного хлеба — такой большой, что он был размером с самого голема.

— Мило, мило, старая шпионка! — ехидно сказал голем. — Ты положи хлебушек вот сюда, — и голем указал на край кровати, в то же время отодвигаясь к стене.

Но ведьма сделала как раз наоборот — она поднесла хлеб прямо к голему.

— Я уверена, что тебе понравится это угощение, — сквозь стиснутые зубы проговорила она.

— Внимание, Фырк, — еле слышно проговорил Гранди.

Внезапно колдунья швырнула ломоть хлеба на пол и схватила Гранди.

— Вот ты и попался, навозная душа! — торжествующе воскликнула старуха.

— Что ты собираешься сейчас сделать со мной, величайшая из ведьм? — нарочито громко поинтересовался Гранди.

— Я собираюсь свернуть твою тонкую шею, чтобы ты больше не смел совать нос в чужие дела! — объявила Морская Ведьма.

— Но ведь ты пообещала мне, что отпустишь меня с миром!