Читаем Борджиа полностью

Теперь Карл VIII хочет получить от папы инвеституру как король Неаполя и добиться своего провозглашения как предводителя крестового похода. Александр дает ему понять, что сначала хочет получить клятву послушания короля. В результате очень долгих переговоров решено, в какой форме будет произнесена клятва. Папа будет там признан как «Настоящий наместник Христа и преемник Святого Петра». Взамен король хочет добиться уступки: уменьшить до 10 количество дворян, баронов и прелатов, которые будут переданы в качестве гарантов неприкосновенности принца Джемаля, хотя папа требует, чтобы их было 40. Спор продолжается в течение трех часов. Наконец текст компромисса выработан, его читают два нотариуса: на латыни Этне де Нарви, представляющий папу, а по-французски — Оливье Иван, причетник епархии Ле-Мана, представляющий короля. После весьма утомительного рабочего собрания все расходятся.

На следующий день, 19 января, после вчерашних дискуссий король и его окружение чувствуют себя одураченными. Карл хочет, чтобы папа узнал о его плохом настроении. Утром, когда Александр входит в зал консистории, короля там нет. Он отправляет к нему епископа Конкордии и Буркарда, который записывает: «Он был в своей комнате, около огня, в жилете и без штанов». Карл спокойно и медленно продолжал одеваться. Потом спустился в собор послушать мессу и возвратился завтракать в Ватикан. Час прошел, а короля все еще не было. Александр решает начать заседание. Он направляется в зал Попугая, где принимает папский убор — драгоценную красную мантию без шва, сделанную для папы Иннокентия VIII, и тяжелую митру из золота и серебра Павла II. Он усаживается на своем троне, но короля все нет. Устав, Александр снимает свою тяжелую митру и надевает легкую. Еще раз посылает церемониймейстера к королю в сопровождении четырех кардиналов и шести епископов. Карл, который продолжает свою трапезу, заставляет их ждать еще полчаса, затем еще полчаса беседует со своими советниками по поводу принятия присяги повиновения. Наконец он направляется в консисторию. Предупрежденный о его приходе, Александр опять надевает свою драгоценную митру. Он с удовлетворением наблюдает за тем, как король три раза преклоняет колени в соответствии с ритуалом и целует его ступню и правую руку. От имени своего повелителя Жан де Гане просит папу оказать ему три милости, «которых обычно просят вассалы перед тем, как произнести клятву повиновения». Первая состоит в том, чтобы подтвердить все привилегии, традиционно даруемые Всехристианнейшему королю и его семье; вторая — предоставить ему инвеституру Неаполя; третья — отказаться от гарантий восстановления Джемаля-Султана. Папа выполняет первую просьбу, но говорит, что две другие он должен обсудить с кардиналами. Несмотря на уклончивый ответ, королю теперь трудно отказаться от клятвы повиновения. Скороговоркой он произносит свою клятву: «Святой отец, я принес свое повиновение и благоговение Вашему Святейшеству, как делали это мои предшественники, короли Франции». Далее председатель Жан де Гане раскрывает смысл слов своего повелителя: «Он признает вас, Преподобный Отец, верховным понтификом христиан, истинным наместником Христа, преемником апостолов Петра и Павла. Он выражает вам свое сыновнее почтение, как это всегда делали его предшественники, короли Франции, по отношению к верховным понтификам. Самого себя и все то, что ему принадлежит, он вверяет Вашему Святейшеству и Святому престолу». Александр добился того, что ему было нужно: признания законности его избрания. Но взамен он не дал ничего. Он не даровал неаполитанской инвеституры. Демонстрация плохого настроения короля ничего не принесла!

Торжественная месса и индульгенции