Читаем Борьба за Рим полностью

— Хорошо. Я не требую, чтобы ты принимал участие в моей борьбе. Жди исхода, но жди его не в лагере варваров, моих врагов, а подле меня. Священнейшая обязанность твоя — быть подле меня. Ты — добрый гений моей жизни. Ты мне необходим и твоя привязанность, иначе я совершенно буду во власти тех темных сил, которые ты ненавидишь. Если существует голос, могущий пробудить во мне веру, — которая, как ты говоришь, одна дает благо, — то это только твой голос, Юлий. Итак, решай!

— Ты победил, отец, я иду с тобою! — вскричал Юлий, бросаясь на грудь префекта.

— Проклятый лицемер! — раздался вдруг громкий голос, и предводитель отряда бросился на площадку, где стояли разговаривавшие, и отбросил капюшон, скрывавший его лицо. Это был Тотила с обнаженным мечом в руке.

— Как, варвар, ты здесь! — с величайшей ненавистью вскричал Цетег и также выхватил меч. Враги бросились друг на друга, клинки зазвучали. Но Юлий бросился между них и удержал их руки. Ему удалось разделить их на мгновение. Оба стояли с мечами в руках, с угрозой глядя один на другого.

— Так ты подслушивал, король варваров! — прошипел префект. — Это вполне достойно короля и героя!

Тотила ничего не ответил ему. Он обратился к Юлию.

— Не за внешнюю твою свободу боялся я, а именно боялся попытки завладеть твоею душою. Я обещал тебе никогда не обвинять его — отсутствующего. Но теперь он здесь. Он должен все выслушать и тогда пусть оправдывается, если может. Вся душа его, каждая мысль его черна и лжива. Смотри, даже эти последние слова его, которые, казалось, вырвались из глубины его души, даже они лживы, придуманы им много лет назад. Вот, читай, Юлий: узнаешь ты этот почерк? — И он подал удивленному Юлию рукопись.

— До сих пор варвары крали только золото, — злобно сказал префект. — Позорно, бесчестно красть письма! — И он хотел вырвать рукопись. Но Тотила продолжал:

— Граф Тейя захватил эту рукопись вместе с другими в его доме. Это его дневник. Я не буду упоминать теперь о других преступлениях его, а прочту только одну выдержку.

И он прочел:

— Цетег, — с горечью вскричал Юлий, — неужели ты писал это?

— Конечно, он будет отрицать, — ответил Тотила. — Он все будет отрицать: и фальшивые письма, которыми он погубил герцога Алариха Балта, и то, что он приготовил яд для Аталариха и Камиллы, и убийство других герцогов Балтов через Амаласвинту, и то, что он погубил Амаласвинту через Петра и Петра через императрицу, Витихиса через Велизария и Велизария через Юстиниана, и то, что убил моего брата и во время перемирия уничтожил наши корабли. Он все, все будет отрицать, потому что каждое его дыхание — ложь.

— Цетег, — умолял Юлий, — скажи «нет», и я поверю тебе.

Но префект вложил меч в ножны, гордо выпрямился, скрестил руки на груди и сказал: