— Нет, — улыбаясь, ответил Тотила. — Войны больше не будет. Но если бы даже она и началась снова, то неужели ты, брать Гаральд, считаешь нас, готов слишком слабыми, чтобы удержаться в Италии? Разве мы не победили врагов без вашей помощи? Разве не сможем мы, готы, снова победить их одни?

— Я очень рад этому, — ответил Гаральд. — второе поручение моего отца было перевезти вас к нам на север. Вы не хотите этого. Третье — опустошить острова византийского императора. Это веселое занятие. Едем, Тотила, с нами: вы нам поможете и за себя отомстите.

— Нет, Гаральд, слово короля должно быть свято. У нас теперь перемирие. Срок ему окончится только через месяц, но слушай, друг Гаральд. В Средиземном море есть и мои острова. Ты, пожалуйста, не смешай их нечаянно с греческими. Мне было бы очень неприятно, если бы…

— Не бойся, — засмеялся в ответ Гаральд. — Я знаю, твои острова слишком хорошо охраняются. Всюду на берегах высокие столбы и на них доски с надписями: «Разбойников на суше — вешать, а морских — топить! Таков закон в государстве Тотилы». Мои товарищи, когда им объяснили эти надписи, потеряли желание посетить твои владения. Прощай, король готов! Желаю счастья!.. Прощай и ты, прекрасная королева, и вы, храбрые воины. Если не раньше, то в Валгалле мы встретимся снова.

И Гаральд с сестрою и своими воинами быстро пошли из палатки. Тотила и Валерия проводили их до берега. При прощанье Гаральда бросила еще один быстрый взгляд на Тотилу. Брат ее заметил это и, когда они остались одни, шепнул ей: — Маленькая сестричка, ради тебя я уезжаю так быстро. Не думай об этом прекрасном короле. Ты ведь знаешь, я унаследовал от отца дар узнавать людей, обреченных смерти. Так знай же: на лучезарную голову его уже легла тень смерти: он не увидит следующего месяца.

Гордая воительница вытерла слезу, показавшуюся на ее глазах.

Между тем Тейя, Гунтарис и Адальгот с берега смотрели на отплытие гостей.

— Да, — сказал Тейя, когда корабли их скрылись из виду, — король Фроде мудр. Но часто глупость бывает милее и великодушнее истины. Однако вот приближается почтовое судно короля. Идем скорее в палатку: я хочу знать, какие вести везет оно. Мне кажется, что-то нехорошее.

Между тем в своей палатке Тотила говорил, обращаясь к Валерии:

— Нет, Валерия, его слова не поколебали меня. Я взял на себя великое дело великого Теодориха. Это была мечта моей юности, это цель моего царствования: для нее я буду жить и за нее умру. За счастье готского государства, Валерия!

Он высоко поднял бокал, но не выпил, потому что в эту минуту, запыхавшись, вбежал Адальгот.

— О, король Тотила, готовься выслушать ужасное.

— Что случилось? — побледнев, спросил Тотила, ставя бокал на стол.

— Скорее, король! — вскричал появившейся Тейя. — Снимай венок с головы и надевай шлем. Флот Юстиниана уничтожил весь наш флот у Анконы. Из четырехсот пятидесяти кораблей у нас осталось всего одиннадцать. На берег высадилось сильное византийское войско, и главный предводитель его — Цетег.

Глава XII

В нескольких милях к северу от Тагины, у подошвы Апеннин, находилась небольшая крепость Сетинум, около которой Цетег расположился лагерем. В палатку его вошел Люций Лициний.

— А, Лициний, наконец-то! — вскричал Цетег. — Я с нетерпением жду тебя. Удалось нанять лангобардов?

— Удалось, — ответил только что возвратившийся Лициний. — Двадцать тысяч их идет под начальством храброго Альбоина, сына их короля. О, это ужасный народ: храбрый до дерзости, но и грубый, как звери. Альбоин, например, пьет из черепа убитого им врага своего, короля гепидов.

— Я знаю Альбоина. Он служил у Нарзеса. Да, это храбрый воин, но он вместе очень умен и хитер. Когда он ознакомится с Италией, то может сделаться опасным врагом ее.

— Да он и теперь прекрасно знает ее. Несколько лет назад он был здесь, переодетый продавцом лошадей, и высмотрел все дороги и крепости в стране. Возвратившись домой, он привез с собою здешних плодов и вина, и так описал эту страну своему народу, что лангобарды теперь только и думают о том, чтобы овладеть ею.

— Ну, только бы они помогли мне изгнать готов, а с ними уж я справлюсь, — ответил Цетег. — Пусть они скорее явятся сюда. Мне необходимо быстрое и сильное подкрепление, начало войны было очень удачно, а теперь дело не двигается. Совестно сказать, — итальянцы не хотят восставать против готов. Они без всякого стыда уверяют, что под властью готов им живется прекрасно. А между тем Тотила наверно скоро будет здесь, чтобы отомстить за свой флот. Я посылаю гонца за гонцом к Ареобиндосу, командующему вторым войском: он сидит в Эпире, выгоняет там готов из занятых ими греческих городов и не идет. А с моими византийцами я не могу выступить против Тотилы.

— А Равенна? — спросил Лициний.