Читаем Боярич полностью

– Когда Кирилл Николаевич получил вызов, он задал вопрос касательно оружия. Вячеслав Еремеевич ответил, цитирую: «Хоть из гаубицы пали…» – конец цитаты, – ровным тоном ответил мой секундант, опустив пару эпитетов своего шефа, которыми тот сопроводил свое «дозволение», и второй секундант сник окончательно. Ну да, стал бы я заморачиваться с прямым нарушением правил? А так боярич сам дал мне великолепную возможность для маневра. Но даже если кто-то попробует возмутиться… иглы были заправлены под завязку чистой энергией, а не рунными зарядами, которые, кстати, только и могут нанести урон стихийникам… теоретически. Убивать-то этого шустрика я совсем не собирался…

– Хм, Кирилл Николаевич, позвольте один вопрос. – Пока секундант боярича пытался привести своего валяющегося в отрубе шефа, в чувство и вправлял на место его перекошенную челюсть, вовсю фоня целительскими техниками, Вешков подошел ко мне и, наблюдая, как я меняю трубчатые магазины рюгеров, поинтересовался. – А если бы я не успел остановить Артура?

Я кивнул за спину телохранителя, а когда тот обернулся, чтобы посмотреть, на что я указываю, скамейки, рядом с которыми, собственно, и стояли секунданты во время боя, взмыли в воздух и с грохотом обрушились наземь.

– Впечатляет. На такую атаку мы бы могли и не успеть отреагировать. – Почесав бровь, секундант хмыкнул. – Но… впрочем, ничем другим место для дуэли разметить здесь нечем. Вы предусмотрительный человек, Кирилл Николаевич. А…

Не знаю, что еще хотел сказать Вешков, его прервал слабый голос с трудом поднимающегося на ноги боярича Вердта.

– Поздравляю с победой. Это была самая хреновая дуэль в моей жизни. – Ну да, говорит невнятно, зато самоиронии хоть отбавляй. – Кирилл, вы не против, если я буду звать вас по имени? Все-таки разница в возрасте у нас довольно большая…

– Десять лет – это две трети моей жизни, Вячеслав Еремеевич. Не возражаю, – кивнул я.

– Тебе пятнадцать?! – Боярич было расхохотался, но тут же застонал от боли в отбитых ребрах… и челюсти. – Ух… е-эо. Кому сказать, что меня так мальчишка отделал, не поверят. Камнедробилка, а не кулаки… Прошу извинить за вчерашнее, Кирилл. Честно говоря, увидев, кому повезло получить руку и… думаю, не ошибусь, если скажу – сердце Ольги, я был несколько…

– Взбешен, – подсказал я, и боярич вновь попытался рассмеяться. С тем же результатом.

– Именно. – Вячеслав кивнул и, окинув меня долгим взглядом, протянул руку. – Мир, Кирилл?

Вердт, гвардеец Московского легкого бронеходного полка, оказался типичным рубакой и повесой, словно сошедшим со страниц истории. Эдакий классический гусар. Бретер, балагур, пьяница, ловелас и игрок. Честное слово, вот не думал, что такие еще есть! Впрочем, здешняя история сильно отличается от тамошней, а некоторые традиции, как оказалось, гораздо легче переживают века, чем революции. В общем, так неудачно начавшееся знакомство завершилось вполне мирно. Ну да, полаялись, подрались… можно и мировую выпить. Кхм. А вот тут мне пришлось развести руками. Вячеслав сначала нахмурился, потом задумался, а уж после расхохотался во весь голос.

– Простите, Кирилл. Меня опять ввела в заблуждение ваша серьезность, – признался Вердт, когда во время заказа завтрака в небольшом заведении у Каланчовой площади я отказался от алкоголя. – Совсем забыл о возрасте. Но, может, все же по бокалу вина? Хотя бы попробуете, что это такое.

– Извините, Вячеслав, но нет, – я покачал головой.

– И почему же? – приподнял бровь мой собеседник, одновременно принюхиваясь к принесенному официантом горячему паштету.

– Во-первых, потому что уже пробовал алкоголь и не нахожу его столь уж притягательным. Во-вторых, закон запрещает продажу вин лицам, не достигшим совершеннолетия. Ну а в-третьих…

– Да-да? – с легкой усмешкой поторопил меня Вердт.

– А в-третьих, в отличие от вас, Вячеслав, я не мучаюсь с похмелья и не имею нужды употреблять вино в… половину восьмого утра. – Я отразил улыбку моего собеседника. А когда тот демонстративно покаянно поник головой, договорил: – Кстати, советую лечиться не вином, а рассолом. Лучше всего капустным… по крайней мере, мне он кажется вкуснее того же огуречного. Но это уже на ваш выбор.

– Кирилл, открою вам страшную тайну… – Прекратив изображать кающегося грешника, Вердт фыркнул. – Рассол не панацея. Особенно когда вечером угощаешься не водкой, а вином и коньяком.

– Что ж, вам виднее, Вячеслав, – пожал я плечами, налегая на рисовую кашу с изюмом, от вида которой моего собеседника ощутимо передернуло. Да-да, по сравнению с заказанными им блюдами мой скромный завтрак казался нарочито детским… Зато вкусным и сытным, в отличие от микроскопических порций «навороченных» закусок, стоящих перед Вердтом.

– Кирилл, а где вы научились так стрелять? – неожиданно перевел тему мой бывший противник. – Судя по тому, как расползался мой щит, вы били в одну и ту же точку. Хм… если посчитать… да, разброс был не больше десяти-пятнадцати сантиметров. На бегу, из автоматического оружия, с двух рук… Это была незаурядная стрельба, должен сказать.