Читаем Богдан Хмельницкий полностью

Посполитая на сейме не назначит уплаты, и расставил одну хоругвь от другой на

далеком расстоянии так, чтоб не дать им сходиться &). Застигнутые врасплох, иные

поплатились жизнью. Все бежали, покинув свои имущества.

Тарас отправил к коронному гетману посольство и требовал: уничтожить

кураковскую коммиссию, ограничивавшую число Козаков, и выдать Козаков,

приверженцев Грицька, убежавших от войскового суда. Убийство Грицька

Ц Львовск. летоп. Жури. Мии. Нар. Пр. 1838. Апр.

2)

Pam. do pan. Zygm. III, 164.

3)

Львовск. лет. ibid.

J) Рук. И. П. Б. иольск. Г. Л'» 241.

5)

Pam. do pan. Zygm., III, 154.

61

он признавал справедливым делом суда. Само собою разумеется, что коронный

гетман не мог принять таких предложенных ему условий. Готовясь идти на усмирение

русских, Конецнольский послал вперед себя отряд под начальством Самуила Лаща,

коронного стражника (т.-е. блюстителя порядка над пограничными областями) ‘). По

свидетельству современника 2), зтот пан не боялся закона, не стыдился людей, наезжал

на шляхетские имения и дома, разорял, умерщвлял людей, обрезывал им носы и уши,

насильно отдавал девиц и вдов за людей своего войска, составленного из разной

сволочи. Его постигли двести тридцать шесть банниций и тридцать семь инфамий за

разные преступления. Обвинительных приговоров над ним было так много, что он

сделал из них себе одежду и надевал в насмешку над бессилием правосудия. Но он

всегда имел защитника в Копецпольском, который охранял его военными экземптами и

таким образом давал потачку его своевольствам:: кто бы вздумал на него искать судом,

тот должен был отречься жены и детей и спасаться бегством. Зато он был набожен и

для очищения грехов в последних днях масляницы запирался в монастырь для

духовных упражнений. Этот Лащ на первый день Пасхи 1630 года (еще, как кажется,

до разделки Тараса с жолнерами под Корсуном) в местечке Лисянке вырезал поголовно

все население, не разбирая ни пола, ни возраста; жители искали спасения в церкви;

жолнеры врывались и туда и перебили всех без разбора. Другой такой же отряд

перерезал всех жителей в местечке Днмере. По дорогам жолнеры хватали русских и

мучили. Народ толпами бежал к Тарасу и у него набралось несколько десятков тысяч;

но это войско, исключая запорожцев и реестровых, не было хорошо вооружено и

искусно. Тарас переправился с ним на левый берег Днепра и думал заманить за собою

поляков, чтобы потом пресечь им сообщение с правою стороною Днепра.

Самуил Лащ, услышав о переправе Козаков, прибыл в Киев и соединился с отрядом

Потоцкого; они ожидали коронного гетмана; с ними было до двух тысяч реестровых,

неприставших к Тарасу. Конецпольский прибыл только пред троицыным днем.

Впоследствии он доложил сейму, что медленность его происходила оттого, что трудно

было достать подвод и подводчиков. Доминикане (вероятно киевские), во время

литургии, положили на алтаре его саблю, после обедни носили ее с торжеством около

церкви и поднесли предводителю, чтобы поразить ею поганых схизматиков.

Козаки сосредоточили свои силы в Переяславле. Конецпольский отправился

добывать их. Когда он подступил к Переяславлю, Лащ заметил, что один козацкий

отряд пробирается на помощь к своим, и бросился отрезать его; козакп, которых было

до пятисот, дали ему отпор; Лащ, рассудив, что не может одолеть этого отряда, послал

к гетману просить помощи; гетман сам, собрав две тысячи человек отборного войска,

поспешил к нему на помощь; но козаки убежали. Поляки стали их преследовать и

отдалились от своего обоза, а тут, как будто для нрнманкн, наткнулся на них другой

козацкий отряд, также шедший к Переяславлю; в нем было не более двухсот человек.

Поляки окружили его. Русские бросились в сарай, и

1)

Рук. И. П. Б. лольск. F. Л* 241.

2)

Lat. Jerl., 50.

62

там отчаянно стали защищаться, не отдаваясь врагам живыми. Все погибли, кроме

израненного сотника, попавшего в неволю от изнеможения сил. Но в то время, когда

поляки доставляли себе удовольствие истреблять этих двести молодцев, двое гайдуков

из польского лагеря ушли в Переяславль и донесли Тарасу, что в польском лагере нет

коронного гетмана. Козаки высыпали из города. Начальство над поляками принял

Потоцкий. Началась жестокая сеча; две тысячи человек пало с обеих сторон; козаки

успели захватить несколько орудий; в то же время другая часть козацкого войска стала

на перепутьи гетману, и когда Конецпольский, истребив двести человек и услышав гул

битвы, спешил к своему обозу, козаки преградили ему путь и завязали с ним упорную

битву. Битва длилась шесть часов сряду, и прекратилась потому, что пошел сильный

дождь, помешавший обеим сторонам 1).

По свидетельству как русских, так и польских псточников, эта битва стоила

полякам дорого, так что в один день у Конецпольского погибло больше воинов, чем во

время всей прусской войны с Густавом Адольфом, продолжавшейся три года 2). Эта

неудача полководца, который показал себя лучше в войне с знаменитым полководцем

своего времени, чем с восставшим русским народом, зависела от пренебрежения, какое

оказывали поляки к тому роду войн, которые называли хлопскими. Конецпольский взял