Читаем Бог есть полностью

«Не придавайте большого значения внешним событиям, будьте сосредоточены в себе, в своём сердце, в Господе, а внешние события оставьте. Сохраним внимание и пребудем в молчании, а когда Господь увидит наш труд, что мы постоянно ищем Его и хотим быть с Ним навеки неразлучно, тогда Он дарует нам благодатную силу, и сердце постоянно молится».

«Господь смотрит вглубь нашего сердца: о чём это сердце печалится, чего хочет. Если в сердце есть что-то нечистое, влекущее к соблазнам этого мира, привязывающее к земной жизни, тогда наши скитания будут долгими и у нас будет много мучений и страданий. Это потому, что мы раздвоены: хотим быть с Христом, а сердце всё ещё в плену. Поэтому мы так много страдаем».

Если так, то страдание благороднее нирваны. Правда, когда-то очень давно я читал (в журнале «Вокруг света»?) об индийских йогах (не о фокусниках, прокалывающих себя спицами и лежащих на гвоздях, а о настоящих йогах с их философией и образом жизни), и мне там запомнилось следующее: критики обвиняют йогов в эгоизме, но это неверно; жители той местности, где поселился высший йог, считают себя осчастливленными. Только не помню, почему. Сам я не видел ни живого йога, ни живого старца, монаха. Монах — Божий человек, не от мира сего, на нем Благодать Божья, которая распространяется отчасти и на жителей той местности, того отечества, где он творит свой подвиг послушания и молитвы. Так, кажется. Может, наставления старца (высшего монаха) Фаддея адресованы не столько мирянам, от мира сего, сколько монашеской братии?

«События, которые попустил Господь, идут своим ходом. И если мы стяжали сердечный мир, они пройдут мимо нас и не повредят нам. А если мы включаемся в них со своей волей, то страдаем».

«Господь попускает много разочарований, горя и страданий здесь, на земле, чтобы мы махнули рукой на весь мир, если он так ранит нас, и чтобы увидели, что только Бог Источник утешения, радости и покоя».

«Добру и злу внимая равнодушно…» (А. Пушкин «Борис Годунов»).

«Сердце должно отделиться от своих внутренних желаний. Нужно исторгнуть из него все земные планы и желания. Нужно всё отвергнуть, соединиться с Господом, просить у Него помощи, смириться — и Он очистит нас. Внутренняя молитва — вот самый великий труд, который может совершать человек».

«Здесь, на земле, нет ничего и никого, кто может дать нам покой. Единственный податель мира, жизни и радости — Бог. Он даёт покой, тишину и радость».

«Смысл нашей жизни в том, чтобы вернуться в объятия Божии, стяжать благодать Святаго Духа. Когда святые шли за Христом, то уже не оглядывались ни вправо, ни влево, но шли прямо к Богу. Пока на нас не сойдёт озарение Святаго Духа, нас одолевают страхи. Когда же благодать Святаго Духа освятит душу, она не чувствует ни страха, ни страданий».

И еще несколько характерных и «странных» высказываний того же старца, странных для обычного, мирского ума:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хлыст
Хлыст

Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.

Александр Маркович Эткинд

История / Литературоведение / Политика / Религиоведение / Образование и наука
История алхимии. Путешествие философского камня из бронзового века в атомный
История алхимии. Путешествие философского камня из бронзового века в атомный

Обычно алхимия ассоциируется с изображениями колб, печей, лабораторий или корня мандрагоры. Но вселенная златодельческой иконографии гораздо шире: она богата символами и аллегориями, связанными с обычаями и религиями разных культур. Для того, чтобы увидеть в загадочных миниатюрах настоящий мир прошлого, мы совершим увлекательное путешествие по Древнему Китаю, таинственной Индии, отправимся в страну фараонов, к греческим мудрецам, арабским халифам и европейским еретикам, а также не обойдем вниманием современность. Из этой книги вы узнаете, как йога связана с великим деланием, зачем арабы ели мумии, почему алхимией интересовались Шекспир, Ньютон или Гёте и для чего в СССР добывали философский камень. Расшифровывая мистические изображения, символизирующие обретение алхимиками сверхспособностей, мы откроем для себя новое измерение мировой истории. Сергей Зотов — культурный антрополог, младший научный сотрудник библиотеки герцога Августа (Вольфенбюттель, Германия), аспирант Уорикского университета (Великобритания), лауреат премии «Просветитель» за бестселлер «Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии». 

Сергей Олегович Зотов , Сергей О. Зотов

Религиоведение / Учебная и научная литература / Образование и наука