Читаем Бог должен быть безгрешен (СИ) полностью

На крыльце торчала высокая женщина лет сорока. Она курила явно не первую сигарету. Небрежно кивнула, сухо представилась, смерив Криса цепким взглядом бледно-голубых глаз, бросила окурок себе под ноги и прошла в дом, слегка прихрамывая на левую ногу. Марисса Хаген. Она назвала только своё имя.

Крис пил уже третью порцию кофе с молоком, когда инспектор Момсен соизволил отцепиться от Чонина и заглянуть в кухню. Следом за ним прошла госпожа Хаген.

— Уютно, — отметил Момсен, приблизившись к столу. Хаген остановилась у окна.

— Не спорю. Присаживайтесь. И ваша коллега тоже пусть устроится поудобнее. Могу я узнать, с чем связан ваш визит? И какое отношение имеет к этому моя ориентация?

— Вы ведь учитесь на юридическом факультете? — Инспектор Момсен потрудился даже продиктовать адрес университета и назвать год поступления Криса. Хаген всё так же стояла у окна и как будто не слушала их.

— Всё так, — подтвердил Крис и слабо улыбнулся. Тут он мог быть спокоен. Даже если полиция раскопала всю его жизнь от рождения до нынешнего дня, вряд ли там нашлось нечто компрометирующее. Крис никогда не участвовал ни в чём противозаконном и ничем не привлекал к себе внимание полиции. В школе, конечно же, дрался и хулиганил, но в пределах нормы. Как все мальчишки. Учился хорошо, не выделяясь при этом, был спокойным и сдержанным. Единственное, что могло привлечь к нему внимание, — нестандартные предпочтения в постели. Но Крис отлично знал свои права. И в прошлом он никогда не связывался с несовершеннолетними. Ничего такого.

— Господин Ву, мы нанесли визит вам и вашему подопечному в связи с двойным убийством. Если помните, в прошлый мой визит я интересовался пропавшими ребятами, каждый из которых участвовал в инциденте…

— Нападение, да, — подсказал Крис. — Эту историю больше не пытаются скрыть — вам незачем подбирать слова. Насколько я знаю, выдвигалась версия, что ребята сбежали, опасаясь наказания.

— Версия логичная, — кивнул Момсен и глянул на чашку Криса. Пришлось готовить кофе на всех. — Только теперь эта версия кажется не такой уж логичной, потому что мы обнаружили в лесу недалеко от города два тела. В Горькой Лощине, знаете?

— Не очень. — Крис жестом предложил добавить в кофе молока, но Момсен покачал головой, а вот Хаген коротко кивнула. — Знаете, я в Монреале не так давно. Со дня поступления в университет. И за городом был всего один раз. Год или больше тому назад. Помню только, что там большой участок земли выкупили под строительство отеля или чего-то вроде, но там началась какая-то тяжба, из-за чего территория считалась спорной. Так мне рассказывали знакомые. Я помню, что там было озеро. И всё, пожалуй. Больше ни разу за городом я не был.

Крис подошёл к госпоже Хаген и протянул ей чашку, вновь оказавшись будто под прицелом. Что-то тут было не так. Марисса Хаген походила на железный лом — твёрдый и жёсткий характер проглядывал буквально всюду в её облике — в мельчайших детальках. При её хромоте она даже не присела. Видная и породистая, слишком высокая, с небрежно остриженными волосами, побитыми заметной проседью, без намёка на макияж, в одежде в мужском стиле… Женщинам такого типа все эти ухищрения и не требовались. Они всё равно привлекали внимание мужчин, но внушали опаску. Обычно к таким липли мужчины слабые и бесхарактерные, потому что сильные — побаивались. И такие женщины, как правило, занимали высокие посты.

Интуиция Криса кричала, что эта самая Марисса Хаген просто не может быть подчинённой инспектора Момсена, но Момсен вёл себя так, словно госпожи Хаген не существует. Это здорово сбивало с толку.

— Ясно. Горькая Лощина как раз в нескольких километрах от того места, а земля до сих пор, как вы сказали, является спорной территорией. Так вот, в Горькой Лощине отдыхающие случайно наткнулись на два тела. Проблема в том, что оба тела опознали.

Момсен назвал имена, но Крис покачал головой, стараясь не коситься в сторону Хаген.

— Эти ребята принимали участие в инциденте с вашим подопечным.

— Тогда где ещё четверо? Почему только двое?

— Это то, что мы хотели бы узнать.

— Я так понимаю, у вас на данный момент две версии? — Крис снова сел на стул, взял молоко и плеснул себе в чашку.

— Любопытно. Вы собираетесь пойти в полицию после завершения обучения?

— Было бы неплохо. Если родные не станут возражать.

— Ваш отец прочит вам место своего компаньона, верно?

— Точно. Но проблема в том, кем я являюсь. Мои предпочтения могут немного подпортить мне репутацию. Потому вы правы, в полиции я чувствовал бы себя увереннее.

— Хорошо. Тогда каковы же наши версии по вашему мнению?

— Вам, правда, интересно? Инспектор, у меня нет вашего опыта. Возможно, мои версии покажутся дилетантскими.

— И всё же. Не стесняйтесь, — неожиданно попросила госпожа Хаген звучным голосом.

Крис откинулся на спинку стула и смерил Хаген и Момсена изучающим взглядом. Момсен явно собирался задать ему все вопросы, какие уже наметил. Крис был уверен в себе и своих ответах. Он чётко знал, что мог знать только убийца, а что полагалось знать — или не знать — тому, кто невиновен.