Читаем Ближе к истине полностью

Эврика! Все гениальное гениально просто. Так и хочется вскрикнугь на пушкинский манер: «Ай, да ребята! Ай, да сукины сыны!» Эго ж надо додуматься!

Ну хорошо — вам страсть как хочется печататься, им ужас как хочется казаться значительными на фоне слабаков. Ну и печатайте друг друга, хвалите, коль ваши творческие потребности такие; и возможности. При этом используйте жульнические приемы и стиль, когда начинается абзац с предположения, а заканчивается утверждением. К примеру: «И вряд ли будет преувеличением сказать, что от детей скрыли традиции русского народа. (Речь

идет о нашей традиции пользоваться красным цветом). Далее по тексту автор как бы забывает о предположительном зачине и уже утверждает, и это утверждение приводит полужирным кеглем, разряжая походя обойму обвинений в адрес все того же, якобы, безличного «мы», но имея в виду Н. И. Кондратенко — «скрыли», «лишили духовного родства» и т. д. То есть, применена классическая формула, когда желаемое выдается за действительность. Протухший иезуитский прием.

И на этом не кончается накручивание вины неких «мы» (читай Н. Кондратенко). «Вот к чему потянули детей Кубани, будущих избирателей, тружеников и воинов их наставники не из лужковского, а, к сожалению, из нашего кубанского «Отечества». И после слова «Отечество» для пущей объективности, очевидно, не пишется «Кондратенко». Но зато далее следует вопрос персонально Кондратенко: «Как все это оценить, Николай Игнатович? Кого мы намерены растить из «Пионеров Кубани»: сынов Русской земли, Матросовых и Космодемьянских или бурбулисов и Шахраев, Смердяковых и мазеп, отказавшихся от всего красного, в том числе от славы и величия своего народа, от красного Знамени Победы, живущих «вне политики», то есть вне болей и бед своей многострадальной Отчизны?».

Оказывается до Н. Кондратенко от «всего красного» и даже от «красного Знамени Победы» отказались Смердяковы и мазепы. Жившие в далекие от Победы, которую имеет в виду автор, времена.

Авторы, соавторы вошли в такой разоблачительный раж, что не заметили, как причислили к современникам смердяковых и мазеп. И такой стиль с грязными намеками, не явно, а как бы «прикопанный», беззастенчиво применяется по всему тексту.

Ну да ладно! Все это — литературные страсти — мордасти. А вот куда не следовало бы совать им свой нос, так это в большую политику.

Вся подоплека этого «Открытого письма — измышления» заключается в подлом стремлении бросить «дохлую кошку» между Н. Кондратенко и В. Бекетовым. Кондратенко якобы «удушает» «Литературную Кубань», а Бекетов благоволит к ней. Это уже не литературная беллетристика, это нечто другое. Хочется сказать Владимиру Андреевичу: осторожно — провокация. Ведь все помнят,

как «Вольная Кубань» выдавливала из председательского кресла Законодательного Собрания Багмута. Неужели же теперь и всю жизнь вы будете ходить в должниках перед «Вольной Кубанью»? За вами следом может увязаться кривда…

Два слова, как принято говорить, в адрес теневого идеолога «Открытого письма — измышления» (кстати, на Руси не принято писать такие длинные письма. Даже Иван Грозный с Курбским переписывались короче; а Сталин с Черчеллем — вообще телеграммами). Я не называю имени теневого идеолога, все прекрасно поняли, чья рука здесь порезвилась. Вы, как поэт, уже как та пуля — дура на излете. Постыдно занимаетесь интригами, дабы донести до последней черты славу главного поэта Кубани. Чтоб удержаться на уровне, вы действительно гоните на страницах подведомственного вам издания фуфло, как принято теперь выражаться. А ведь вокруг вас толпятся те, кому нести дальше эстафету русской поэзии. Что-то они думают. И о вас тоже. Что? Кого вы «в гроб сходя» благословите?.. По столов?

04.11.1999 г.

В ОГОРОДЕ БУЗИНА…

Примерно по такой логике под рубрикой «Слово оппозиции» построена статья А. Андреева в КИ за 6 февраля с. г. «В огороде бузина, а в Киеве дядька». Статья озаглавлена: «Краевое правительство не столь однородно, как многие считают». Можно не читать статью — по заголовку понятно, на что намекает автор и наши «великолепные» «Краснодарские известия», назойливо претендующие на объективность.

В заголовке четко проступает тонкий намек на толстые обстоятельства. Неприкрытое желание разделить правительство на хороших и плохих. В народе это называется бросить дохлую кошку между людьми. По секрету доложу вам, уважаемые автор и Ко или КИ, ожидаемого действия ваша статья не произвела. Разве что пришлось зажать носы. Потому что запах от дохлой кошки.

Но вернемся к логике статьи.

Сначала в ней дается общеполитическая оценка новому правительству Кубани: подобрано по партийному принципу. (Позволительно заметить — а вы, уважаемый депутат Государственной Думы, как попали в Думу? Не по партийному ли списку?).

Далее: по личной преданности ближайшему окружению главы. (Тут же возникает вопрос, а кому преданы автор и КИ? Или, как нынче модно говорить, — на кого работают?)

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 мифов о России
10 мифов о России

Сто лет назад была на белом свете такая страна, Российская империя. Страна, о которой мы знаем очень мало, а то, что знаем, — по большей части неверно. Долгие годы подлинная история России намеренно искажалась и очернялась. Нам рассказывали мифы о «страшном третьем отделении» и «огромной неповоротливой бюрократии», о «забитом русском мужике», который каким-то образом умудрялся «кормить Европу», не отрываясь от «беспробудного русского пьянства», о «вековом русском рабстве», «русском воровстве» и «русской лени», о страшной «тюрьме народов», в которой если и было что-то хорошее, то исключительно «вопреки»...Лучшее оружие против мифов — правда. И в этой книге читатель найдет правду о великой стране своих предков — Российской империи.

Александр Азизович Музафаров

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
100 знаменитых загадок природы
100 знаменитых загадок природы

Казалось бы, наука достигла такого уровня развития, что может дать ответ на любой вопрос, и все то, что на протяжении веков мучило умы людей, сегодня кажется таким простым и понятным. И все же… Никакие ученые не смогут ответить, откуда и почему возникает феномен полтергейста, как появились странные рисунки в пустыне Наска, почему идут цветные дожди, что заставляет китов выбрасываться на берег, а миллионы леммингов мигрировать за тысячи километров… Можно строить предположения, выдвигать гипотезы, но однозначно ответить, почему это происходит, нельзя.В этой книге рассказывается о ста совершенно удивительных явлениях растительного, животного и подводного мира, о геологических и климатических загадках, о чудесах исцеления и космических катаклизмах, о необычных существах и чудовищах, призраках Северной Америки, тайнах сновидений и Бермудского треугольника, словом, о том, что вызывает изумление и не может быть объяснено с точки зрения науки.Похоже, несмотря на технический прогресс, человечество еще долго будет удивляться, ведь в мире так много непонятного.

Татьяна Васильевна Иовлева , Оксана Юрьевна Очкурова , Владимир Владимирович Сядро

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика