Читаем Блэкджек полностью

- А что, уже утро? - Скорпиус положил ладонь на щеку Гарри и еле слышно засмеялся: - Колючий…

- Нет, только пять. Спи, волчок, время есть, - Гарри повернул голову и поцеловал теплую ладонь юного любовника.

- И где тебя носило? - с капризными интонациями поинтересовался Скорпиус, скрещивая руки на груди Гарри и кладя на них острый подбородок. Серые глаза загорелись любопытством.

- Травки собирать, - Гарри надавил на затылок любовника и жестко поцеловал в опухшие со вчерашнего вечера губы, надеясь прекратить допрос.

Скорпиус с готовностью позволил себя отвлечь, но сегодня он не просто отвечал на поцелуй, а боролся за лидирующую роль, постанывал, активно работал губами, зубами и языком, словно вознамерившись доказать, какой огромный у него опыт. Перекатившись на Гарри, он терся об того всем телом, по-юношески гибким, сильным, вызывающим животное вожделение.

Руки Гарри поползли вниз, обхватили и сжали упругие крепкие ягодицы.

- Задницу жжет? - спросил он полушепотом.

Скорпиус рассмеялся, резко приподнявшись и устроившись на его бедрах. Приоткрытый рот, блестящие от желания глаза, синие пятна засосов на шее и груди - Гарри впитывал глазами эту картину, пытаясь запомнить ее, сохранить в памяти в мельчайших подробностях.

- Жжет, но я не против повторить, если ты меня очистишь и смажешь.

Подготовив Скорпиуса, Гарри уступил ему инициативу и просто лежал, не торопя и не подгоняя, очерчивая пальцами треугольник из родинок на груди, пока пыхтящий от натуги любовник медленно нанизывался на член. Когда он дошел до конца, по вискам у него катились капли пота. Безволосая мошонка прижалась к лобку, Гарри протянул руку, бережно взял ее и начал ласкать, осторожно тискать, перекатывать гладкие яички, вызвав у любовника довольный стон и заставив его ерзать на члене.

- Волчок, - Гарри поднял глаза на запрокинувшего голову Скорпиуса, - какой же ты страстный… отзывчивый… Тебя только тронь, и ты будешь радугой кончать, верно?

Он сжал влажный торчащий член и начал ритмично пропускать его через кулак, любуясь румянцем, выступившим на щеках любовника. Аппетиты у молодого парня волчьи, сейчас изольется и через пять-десять минут опять будет готов к подвигам. В возможностях своего организма Гарри не был так уверен.

Встреть он Скорпиуса двадцать лет назад… Нет, тогда он прошел бы мимо. Десять лет назад он бы попробовал и забыл. Щемящая, сжимающая горло нежность, которую он испытывал, была возможна только для него сегодняшнего.

- Сволочь! - тяжело дыша, выдал Скорпиус, отбросил чужую руку и старательно заработал бедрами.

В золотистом свете, заливающем комнату, несмотря на задернутую занавеску, он казался совсем юным и невинным, соблазненным девственником, хотя его постельные умения свидетельствовали об обратном. Он выдаивал из любовника оргазм так умело, что Гарри понял - долго ему не вытерпеть, и представляемые в воображении обвисшие прелести тещи не помогут.

В глазах все расплывалось - наверное, остаточные явления после «кошачьего глаза». Ну ведь не слезы это, не может он… Гарри сжал зубы, изо всех сил стараясь сдержаться. Волчонок взвыл, задергался и, почувствовав на своем животе теплые брызги, Гарри провалился в огненную пропасть, слыша только шум крови в ушах, видя расплывающиеся перед глазами круги.

Очнулся он, когда тяжелое тело скатилось с него на скомканное, перекрученное одеяло. Скорпиус вытащил одеяло из-под себя, отпихнул, отвернулся к стенке и подложил под голову руку. Гарри положил пятерню на взмокшую спину, в ложбинку между лопатками, и любовник передернулся, недовольный прикосновением.

- Ты без рук кончил? - хрипло спросил Гарри, убирая ладонь.

- Ага, - сонно отозвался Скорпиус. Повозился, устраиваясь поудобнее, и добавил: - Впервые в жизни.

Гарри поймал себя на том, что улыбается. Спать ему расхотелось. Потянувшись за палочкой, он начал излечивать любовные отметины - синяки от засосов, царапины, ушибы. У Скорпиуса был даже не нордический - кельтский тип кожи, на которой любые следы повреждений проступали мгновенно.

- Щекотно, - Малфой взбрыкнул, захихикал и стал натягивать на себя одеяло.

- Терпи, - посоветовал Гарри, не давая волчонку спрятаться, - иначе все поймут, чем ты тут ночью занимался. И тогда твой отец попытается меня оскопить, а тебя заберет из лагеря и срочно найдет невесту.

- Пусть попробует, - хмыкнул юный Малфой, но все же благоразумно прекратил сопротивляться.

Гарри дошел до ягодиц и покачал головой, глядя на ссадины, украшавшие покрытую мурашками кожу. Он не помнил, когда успел так отделать Скорпиуса… и как? С его-то короткими обкусанными ногтями. В порыве раскаяния он наклонился и припал к отметинам губами. Скорпиус с готовностью отклячил попу.

Залечив последние следы, Гарри несильно шлепнул любовника и грубым голосом объявил:

- Ну, все. Готово. Теперь ты снова нетронутый персик.

- Ложись уже, перец старый, - не остался в долгу Скорпиус, широко зевнул и потянул к себе единственную подушку.