Читаем Блеф демона полностью

Я наклонилась вперёд, сделала глоток терпкого, настоящего сидра из Цинциннати.

— Демоны не делают, что им вздумается. Они играют по нашим правилам.

— Только потому, что сами этого хотят, — фыркнула Элис.

— Только потому, что она заставляет их, — вставил Орион.

Я кивнула.

— И чем это отличается от всех остальных? Нет. Ваша общая проблема та же, что была у Вивиан. Вам слишком долго твердили, что вы — от альфы до омеги, и теперь вы не умеете справляться с ситуацией, когда всё идёт не по-вашему. Вы напрочь не умеете доверять, что кто-то может поступить правильно — просто потому, что так надо.

Что именно благодаря этому мы все пьём свои латте и ходим по пятницам в бары.

Я почувствовала, как в шею поднимается лёгкий жар.

— И я не стану вашей «силовой поддержкой», которую можно засунуть в чулан на другом конце страны, чтобы вытаскивать по первому зову.

Элис, было мило, но — увидимся в июне, как и договаривались.

Я встала, сдёргивая проклятую булавку — и услышала, как кожа на куртке с неприятным звуком пошла трещиной.

Стиснув челюсть, я положила значок на стол. К длинному хвосту изорванной кожи он теперь шёл в комплекте.

Да чтоб тебя… тролль бы обоссал.

— Элис, — прошипел кто-то, когда я резко потянулась к лей-линии, и моя аура заискрилась.

Элис тоже встала, и четверо ведьм с настороженным видом следили за каждым моим движением, пока она подошла к одному из стеклянных шкафов.

Дженкс завис на светильнике под потолком, меч уже в руках. Его не замечал никто, кроме меня. И, возможно, вороны.

— Я рада, что ты принесла книгу, — сказала Элис с натянутой вежливостью, повернувшись к нам спиной. — У меня есть та, что интересует тебя. Возможно… мы можем обменяться.

Я вздрогнула. В груди что-то опустилось до самых пяток.

— Она настоящая? — недоверчиво спросила я. — Я думала, ты врёшь.

— Я не вру, — отозвалась Элис, и её голос прозвучал почти спокойно.

Она пробормотала пару латинских слов, и стеклянный шкаф с мягким щелчком открылся.

Quis custodiet ipsos custodes? — пронеслось у меня в голове, и я мгновенно зафиксировала про себя формулировку.

Кто будет стеречь стражей?

— Элис, мы ещё не голосовали, — предостерёг Скотт. Элис повернулась с книгой в руках, и в её взгляде сверкнула насмешливая жестокость. — Она хочет увидеть заклинание. И я хочу увидеть те чары, что она наложила на Брэда. Мы должны что-то ей дать, иначе она уйдёт.

— Все за то, чтобы показать?

— Да, — откликнулись Орион, Яз и Адан в один голос.

С грохотом Элис бросила книгу на стол — сидр в чашках вздрогнул и заплескался.

— С моим голосом — уже четыре, — добавила она с ненужным торжеством.

— Это не «мудрость ковена», — возразил Скотт. — У нас нет кворума. Это голосование нельзя считать легитимным.

— То, что ты в меньшинстве, ещё не делает голосование недействительным, — с хладнокровной уверенностью парировала Элис. Она пролистала книгу до нужного места, вложила в неё салфетку как закладку и с громким хлопком захлопнула. — Ну так что? Хочешь взглянуть или нет? — добавила она с показательно приподнятыми бровями.

— Можешь посмотреть её прямо здесь, — неуверенно предложил Орион. — При условии, что покажешь нам проклятие, которое наложила на Брэда. Незаконное оно или нет — неважно, у тебя всё равно есть время до июня, чтобы снять его.

Всё это было подозрительно. Чего вдруг такая спешка?

— Или, — проговорила Элис, её пальцы заискрились, когда она положила их на потёртую кожу обложки, — ты можешь прямо сейчас согласиться вступить в ковен. И тогда легальность проклятия уже никого не будет волновать.

Скотт нахмурился. Мне всё это совсем не нравилось. Но мне слишком хотелось узнать, как вернуть Кистена. Да, я любила Трента, но я скучала по Кистену — по его улыбке, по его умению найти нужные слова… или просто промолчать. Кроме того, он бы куда лучше справился с управлением вампирами в Цинци, чем я. Особенно в качестве противовеса жестокости Констанс. Он с детства знал всех: по праздникам, по семейным встречам. А я… я всё это тащила наугад.

Пыльца Дженкса потускнела до мрачного синего, пока я медленно подалась вперёд, роясь в сумке.

— Чтобы мы сразу всё прояснили: я смотрю заклинание, которое воскрешает нежить, вы смотрите проклятие, что я использовала на Брэде Уэлроу. Мою книгу вы не оставляете себе, и я уношу её, когда захочу. До июня у меня есть время снять проклятие.

— Или — вступаешь в ковен. Откажешься — окажешься в Алькатрасе, — холодно сообщила Элис.

Скотт напрягся, услышав насмешливое фырканье Дженкса. Его глаза округлились, когда он заметил пикси, а тот только пожал плечами. У окна ворон забеспокоился, закивал — явно нервничал.

Я понимала, как он себя чувствует. Элис я не доверяла. И мне совсем не нравился голодный блеск в глазах Ориона и Яз, когда они смотрели на мою книгу.

— Вы смотрите только одно проклятие, — уточнила я.

Элис кивнула.