Читаем Бледная графиня полностью

– Разве это был не яд? – зловещим шепотом спросил фон Митнахт. – Разве его не было достаточно, чтобы отравить весь замок? Этот бесцветный порошок называется стрихнином. Отличное средство избавиться от ненавистной особы – быстро или медленно, смотря по обстоятельствам…

Графиня протянула вперед руки, как бы пытаясь защититься, лицо ее исказилось от ненависти.

– Ты – демон! – прорычала она.

– Ты и мне охотно подсыпала бы в чай этого порошка. Но Курт фон Митнахт – человек осторожный. Он ничего не ест и не пьет из твоих рук. Не перебивай меня, я слишком долго молчал и сдерживался. Ты, наконец, должна осознать суть наших взаимоотношений. Помнишь ли ты старого Вита? Это был верный и честный слуга. Он первый заподозрил в тебе врага своего господина, которого ты сумела обольстить дьявольскими чарами. Помнишь ли ты, как старый Вит вдруг начал хворать? Ты, конечно, готовила ему какое-то освежительное питье, и ему становилось все хуже и хуже. Вампир высасывал у него кровь, как говорили в народе. И старик оставил замок и вовремя, иначе его давно бы уже не было в живых. Потому что он мог оказаться опасным свидетелем медленной смерти своего господина, старого графа, который незадолго до этого потерял свою жену, твою лучшую подругу. Замечательный порошок. Невозможно переоценить его чудесные свойства. Целое войско, целый город можно уничтожить с его помощью за короткое время, но ты поступаешь предусмотрительно и даешь его своим жертвам понемногу. Я знаю, у тебя чувствительное и мягкое… хм… сердце. Ты не можешь погубить человека сразу. Но эти малые дозы действуют хоть и медленно, но верно. А вот с другим порошком, который ты послала принцу в письме, тебе не повезло…

– Ни слова больше, негодяй! – воскликнула графиня дрожащим от гнева голосом.

– Я заканчиваю, – продолжал фон Митнахт, злобно глядя на нее. – Да, нам давно пора расстаться, мы оба это чувствуем. Проклинаю тот день и час, когда Сатана свел наши пути. Ты обратила на меня внимание, но лучше бы на моем месте оказался мой смертельный враг. Ты, ты одна виновата во всем. Замыслы всех наших совместных дел рождались в твоей голове. Да, я был авантюристом, наемником, от этого никуда не деться, но я не был преступником, не был убийцей. Это ты, змея, сделала меня таким. Да, ты одна виновата во всем. Проклятие мне, что я унизился до этого, проклятие и позор тебе, за то, что ты принудила меня!..

– Ты глупец! – гневно рассмеялась графиня. – Неужели ты думаешь, что подобные доводы могут повлиять на решение суда присяжных и спасти тебя от петли? Стоит мне только признать Лили, и ты пропал, запомни это. Ты был и остаешься в моей власти. Еще одно слово – и я выдам тебя правосудию.

– Подлая фурия! – вскричал Митнахт, сжимая кулаки. – Не о таком ли конце ты всегда мечтала?

– Как бы там ни было, в моей власти уничтожить тебя, запомни! Поверят мне, а не тебе, смеяться и презирать будут тебя, а не меня.

– Тебе не придется торжествовать надо мной победу, это я тебе говорю. Не раздражай меня больше, или ты умрешь прежде, чем я стану твоей жертвой, – с угрозой произнес Митнахт, поднимая сжатые кулаки. – Не забывай этого. Кто, не дрогнув, исполнял твои дьявольские планы, тот, не дрогнув, отправит тебя обратно в ад, порождением которого ты являешься.

– Неужели ты думаешь, что я боюсь тебя? – презрительно скривила губы графиня. – Берегись ты! Я уничтожу тебя прежде, чем ты сможешь навредить мне. Раздавлю, как ядовитую гадину, которая собирается меня ужалить.

– Ошибаешься! Я опережу тебя! – в бешенстве вскричал фон Митнахт и, выхватив из кармана кинжал, бросился к графине.

Это было ужасное мгновение. В наступивших уже сумерках исполненный ярости Митнахт направил кинжал прямо в грудь отшатнувшейся графини.

– Безумный, остановись!.. Что ты делаешь? – в ужасе прошептала она.

– Хочу избавить от тебя землю и тем самым искупить все свои грехи.

– Остановись!

– Нет, ты должна умереть! – Острие кинжала коснулось нежной кожи графини. Она ощутила боль от укола.

В это мгновение, когда жизнь ее висела на волоске, графиня, не в состоянии произнести ни слова, жестом указала на дверь.

В прихожей послышались шаги. Управляющий оглянулся. Воспользовавшись этим, графиня резким движением вырвала кинжал у него из рук. Сквозь портьеру мелькнул свет.

– Оставь меня, – чуть слышно произнесла графиня.

В комнату с канделябром в руках вошла служанка. Управляющий выскочил так поспешно, что едва не сбил ее с ног.

Служанка удивленно глянула ему вслед, потом поставила подсвечник на мраморный столик и начала зажигать бра.

При ее появлении графиня сразу же овладела собой и незаметно спрятала кинжал в ящик письменного стола.

На этот раз ужасная сцена осталась незамеченной и обошлась без тяжелых последствий. Но что если она повторится? Что если этот человек, ослепленный яростью и алчностью, снова предпримет что-нибудь против нее, позабыв всякую осторожность?