Читаем Безмолвная полностью

— Нет! Мам, забудь о том, что я напомнила об отце.

— Я хотела бы забыть о нем, но он всегда будет здесь, словно заноза в ноге. Невозможно все высказать и сделать вид, что ничего не было. Он постоянно мешает мне. Надеюсь, что ты никогда не узнаешь, что это такое, Джейни. — Она замолчала и оглядела Габриэля. — Конечно, ты этого не узнаешь. Рядом с тобой такой хороший мужчина.

Хороший мужчина, которого по-прежнему раздражает то, что я коп.

Габриэль мудро не стал вступать в беседу и сосредоточился на том, чтобы уговорами засовывать крошечные кубики картофеля в рот Реджины.

— Итак, сейчас вы услышали нашу важную новость, — провозгласил Корсак и поднял бокал вина. — За семью!

— Давай, Джейн! Габриэль! — подгоняла Анджела. — Давайте все вместе произнесем тост!

Стоически Джейн подняла бокал и пробормотала:

— За семью.

— Подумать только, — произнес Корсак, посмеиваясь, пока радостно пожимал ей руку. — Теперь ты можешь называть меня папой.

— Ты неправильно смотришь на это событие, — сказал Габриэль, когда они ехали домой с Реджиной, спящей на заднем сиденье. — Они были двумя одинокими людьми, а теперь посмотри, как они счастливы. Они идеально подходят друг другу.

— Ага. Она готовит. Он ест.

— Они могли бы найти кого-то гораздо хуже.

— Они оба восстанавливаются после тяжелого разрыва. Еще слишком рано жениться.

— Жизнь коротка, Джейн. Ты должна знать это лучше, чем кто-либо другой. Она может исчезнуть в одно мгновение. Требуется всего-то обледенелая дорога и пьяный водитель.

Или пуля в темном переулке. Да, она знала, потому что слишком часто видела, как обрывается жизнь. Видела, как каждая смерть вибрациями проходит по живым. Она вспомнила опустошенное лицо матери Джоуи Гилмора и горе, что заволокло глаза Патрика Диона, когда он говорил о своей дочери Шарлотте. Девятнадцать лет спустя эти вибрации все еще ударяли по оставшимся в живых.

— Я боюсь того, как воспримут эти новости мои братья, — сказала она.

— Думаешь, они плохо это воспримут?

— Фрэнки закатит истерику. Он ненавидит даже саму мысль о том, что мама и другой мужчина, понимаешь…

— Спят вместе?

Джейн вздрогнула.

— Признаю, это вызывает и у меня нервную дрожь. Мне нравится Корсак. Он порядочный человек и будет относиться к ней надлежащим образом. Но, Господи, она же моя мать.

Габриэль рассмеялся.

— И твоя мать все еще занимается сексом. Прими это. Просто позвони Фрэнки и покончи с этим.

Но когда они вернулись домой, Джейн оттягивала намеченное и намеренно избегала телефона. Вместо этого она поставила чайник на плиту и уселась за кухонный стол, чтобы снова взяться за свои библиотечные книги. Иллюстрация Царя Обезьян пристально смотрела на нее, лапы сжимали посох, картинка была настолько угрожающей, что Джейн с неохотой прикоснулась к книге, перевернув страницу.

Великий город Чанъань долгое время был столицей всего Китая. В то время на троне восседал Тай-цзун из династии Тан. Во всей стране царил мир.

Это было обезоруживающе приятное начало сказки о добродетельном и ученом юноше по имени Чэнь Э. После женитьбы на писаной красавице он был назначен начальником отдаленного округа. Вместе с беременной новобрачной и их слугами он отправился через плодородные и цветущие деревни к новому месту назначения. Но к тому времени, как они добрались до переправы через реку, очаровательная сказка внезапно превратилась в кровавую историю о резне, когда напали вооруженные бандиты. В конечном итоге, это оказалась совсем не милая сказочка, а рассказ о воплях и ужасе, о разрубленных телах, брошенных в бушующую реку. Только один человек не был убит той ночью: беременная жена, похищенная из-за ее красоты, заточенная в плену у убийц, которая ожидала рождения своего обреченного ребенка.

Свист чайника оторвал Джейн от истории. Она подняла глаза и увидела Габриэля, который выключил горелку и залил кипятком заварочный чайник. Она даже не услышала, как он вошел в кухню.

— Увлекательное чтиво? — спросил он.

— Иисусе, это жуткая книга, — произнесла она, содрогнувшись. — Уверена, что не стала бы читать эти предания своему ребенку. Возьми хоть эту, «Историю о Чэнь Э». Это история о кровавом побоище на паромной переправе, и единственный выживший — беременная женщина, захваченная в плен убийцами.

Он поставил чайник на стол и уселся напротив нее. Весь вечер он покорно молчал, и она заметила глубокую складку между его бровями. Знак крайнего недовольства, который она увидела только сейчас, в ярком свете их кухни.

— Знаю, я не в силах изменить твое мнение по данному делу, — сказал он. — Я всего-навсего хочу еще раз высказать свои опасения.

Она вздохнула.

— Принято к сведению.

— Джейн, это не выходит у меня из головы. То, как ты выглядела, когда пришла домой в ту ночь. В трансе. Вся одежда в крови. Я не видел тебя такой потрясенной с тех пор, как…