Читаем Бездна полностью

Тогда все сходится. И информация о Сашкином телефоне, и деньги у нее вроде есть. И про то, что Сашка стихи пишет, она знает, и про его борьбу с попсой...

Стоп!

Она не знает о других публикациях.

Стоп! Стоп!

СТОП!!!

Сашка протер рукавом пальто лоб: то ли пот, то ли растаявший снег... Не-е-ет, все вопросы только лично к Скроцеву.

Черт! Он даже не дал своего телефона!

Но если Скорцев действительно тот, за кого себя выдает, может Гарик что-нибудь про него знает?

Сашка прибежал домой и набрал телефон Гарика. К счастью, тот был дома.

Гарь, тебе что-нибудь говорит фамилия Скорцев?

Скорцев? -- Гарик оживился. -- А зачем тебе?

Да, понимаешь, он мне как-то позвонил...

Скорцев В.К.?

Да, Владимир Константинович.

Он тебе позвонил?! - голос Гарика взлетел на высокие частоты. - Слушай, это же такая удача! Ты держи его не отпускай! Это Судьба! Это куда круче, чем Матвиенко! Зашибись! Это такой матерый человечище...

Да кто он такой-то?

Э, брат! Через его руки так или иначе прошли судьбы практически всех наших популярных исполнителей от и до. Скорцев - это Создатель, понимаешь? Он разрабатывает концепции, сводит воедино нужных людей. Говорят, он великолепный музыкант, но никогда не играет на публике.

Чем он знаменит-то?

В том-то и фишка, что он не знаменит. О его отношении к тому или иному проекту все только говорят, но документально это никогда не бывает зафиксировано. Он, например, находит автора и исполнителя, сводит их. Но всегда нужен первый толчок, знаешь, чисто как свечи в машине должны искру дать, чтобы все закрутилось. И он делает им первый номер. Иногда второй. Запускает в эфир. Проект закрутится, и он его бросает: все, типа, жизнеспособный организм. При этом он никогда не светится. Любые упоминания его фамилии из прессы вырезаются. Один раз, говорят, был случай, главный редактор одной из центральных газет то ли отказался править материал, где Скорцев был упомянут, то ли просто не успел... Короче, в ту же ночь сгорела типография со всем тиражом газеты, а через две полторы недели - сама редакция, прикинь? Может, это совпадения, а может, гнилой базар, но я точно знаю, что меньше, чем через месяц после пожаров этого главного редактора сковырнули.

Прикольно, - Сашка слушал Гарика и все думал, на кого же он наткнулся. - Но что-то в этом всем есть нелогичное.

Это несущественно! Ты, главное, за него держись. Он из тебя такую звезду сделает - полный песец! Еще внуки твои будут золото с личных вертолетов рассеивать!.. Ладно, чувак, мне надо бежать, у меня репетиция скоро. Но мы с тобой обязательно к этой теме поподробнее вернемся. Может, ты меня как-нибудь со Скорцевым сведешь. Он же как неуловимый "летучий голландец" для нас, музыкантов!

Сашка попрощался с Гариком. Все, что говорил Гарик, казалось не вполне правдоподобным. Да и с чего бы этой информации выглядеть правдоподобно, если вся она базировалось на слухах и сплетнях, любое подтверждение или опровержение которых, опять же, если верить Гарику, старательно вырезалось из прессы?

С другой стороны, в Сашкиной руке была скомкана пятидесятидолларовая купюра - самая настоящая, "зеленый Грант". И было не похоже, что ее придется вернуть. Самое время обменять деньги, немного пополнить холодильник и расплатиться с долгами, слава богу, они пока еще не так велики. Еще баксов пятнадцать останется на черный день. Который, впрочем, наступит завтра-послезавтра, если ничего не изменится.

Сказано - сделано. Через три часа Сашка снова сидел за телевизором со стаканом кока-колы, как в старые добрые времена, и смотрел подборку клипов по одному из дециметровых каналов. С окончанием последнего клипа зазвонил телефон. Это был Скорцев.

- Здравствуйте еще раз, Александр!

- Добрый день, Владимир.

- Я слышу, вы продолжаете заниматься вашей темой, - сказал Скорцев, хотя клипы уже кончились, и по телевизору шли новости, - молодец!

Сашку передернуло, и он перешел в мягкое наступление:

- Владимир, как вы узнали, что я смотрел клипы?

- Как говорит один из моих любимых персонажей, элементарно, Ватсон! В помещении, где я нахожусь, телевизор показывает тот же канал, что и у вас. Я сам только что смотрел клипы.

Сашка почувствовал себя параноиком.

- Ясно.

- Александр, я вас понимаю. У вас смешанные чувства в отношении меня. Я обязательно открою вам все свои карты и достаточно скоро.

Сашка промолчал. Он ничего такого не говорил. Это все слова Скорцева, пусть он за них и отвечает.

- Я, Александр, прежде всего хотел извиниться за то, что не смог уделить вам достаточно времени утром. И, я надеюсь, вы не обиделись за размер гонорара, что я заплатил вам?

- Никаких проблем.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Год Дракона
Год Дракона

«Год Дракона» Вадима Давыдова – интригующий сплав политического памфлета с элементами фантастики и детектива, и любовного романа, не оставляющий никого равнодушным. Гневные инвективы героев и автора способны вызвать нешуточные споры и спровоцировать все мыслимые обвинения, кроме одного – обвинения в неискренности. Очередная «альтернатива»? Нет, не только! Обнаженный нерв повествования, страстные диалоги и стремительно разворачивающаяся развязка со счастливым – или почти счастливым – финалом не дадут скучать, заставят ненавидеть – и любить. Да-да, вы не ослышались. «Год Дракона» – книга о Любви. А Любовь, если она настоящая, всегда похожа на Сказку.

Вадим Давыдов , Валентина Михайловна Пахомова , Андрей Грязнов , Мария Нил , Юлия Радошкевич , Ли Леви

Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Научная Фантастика / Современная проза