Читаем Beyond the Wand полностью

Эти дневные занятия проходили в огромном спортивном зале, где тренировались олимпийские спортсмены. В то время я был увлечен Джеймсом Бондом и был немного разочарован тем, что мои каскадерские тренировки не включали в себя бросок из движущейся машины с пистолетом Walther PPK. Хотя это было весело. А по сравнению с уроками алгебры это было просто воплощением мечты. Мы изучали основы гимнастики, учились лазать по канату, используя ноги, а не руки, учились падать с высоты, не разбивая лодыжки, учились крутить обруч, прыгать на матах и балансировать на гимнастических брусьях. Я был относительно физически силен - вряд ли капитан футбольной команды, но достаточно хорошо управлялся с крикетной битой в руках, - и поэтому обучение трюкам не было слишком сложным физическим испытанием. Однако моя наглость, как у Пигрина, представляла собой большую проблему. Однажды днем я шел по балке и решил, что будет очень круто спрыгнуть с нее и приземлиться, поставив ноги по обе стороны. Сверху, где я стоял, уровни выглядели примерно одинаково, и я не хотел упускать такую возможность покрасоваться, чтобы люди не смотрели. Поэтому я крикнул всем, чтобы они прекратили свои занятия и смотрели на меня. Все повернулись, чтобы посмотреть. Я принял свою лучшую позу Билли Эллиота, подпрыгнул в воздух и расставил ноги, готовясь к триумфальному приземлению...

Возможно, вы понимаете, к чему ведет эта история? Достаточно сказать, что мои пальцы ног не ударились о землю, и мое падение было прервано другой, более чувствительной частью моей анатомии. Момент удара был мучительным и неловким в равной степени. При воспоминании об этом у меня заслезились глаза. Несомненно, тогда они тоже слезились, но я помню, как изо всех сил старался сохранять спокойствие, когда в зале воцарилась ужасающая тишина, и я сполз с перекладины, притворился, что мой трюк прошел именно так, как я задумал, и убежал, чтобы перевернуться в агонии и лечить свою уязвленную гордость и свою уязвленную... ну, это я оставлю на ваше усмотрение.

Моей гордости был нанесен еще один удар, когда пришло время команде парикмахеров и гримеров превращать меня в Пигрина. Свою детскую актерскую карьеру я могу оценить по необычным прическам. Задолго до того, как обесцвеченные локоны Драко стали постоянным атрибутом моей жизни, я с гордостью носил довольно нелепую прическу Пигрина - огромную массу оранжевых кудрей - вспомните клоуна Красти, только рыжего. Если вы думаете, что это непривлекательно, то вы и половины не слышали. Мой парик доходил только до макушки. Это означало, что затылок был полностью обнажен. Единственным решением было покрасить затылок в рыжий цвет и сделать завивку, чтобы он закрутился. В итоге получилась туго закрученная оранжевая косичка.

Читатель, я прошу тебя сдержаться.

В то время я увлекался футболом. Вырезка Стива Макманамана в натуральную величину украшала мою раздевалку в "Заемщиках", а , как любой уважающий себя девятилетний мальчик, я собирал футбольные наклейки. Моим самым заветным желанием было перейти из команды "Б" в команду "А" местного футбольного клуба, но из-за съемок я пропускал много тренировок. Когда мне удавалось попасть на них, я выкладывался по полной, чтобы показать им, что я достоин команды. Но трудно выглядеть крутым на футбольном поле, когда за прямыми светлыми волосами у тебя кудрявая оранжевая мулька. Даже наш тренер не выдержал. "Вы чуть ли не на волосок от победы, ребята", - говорил он нам после того, как мы с трудом проигрывали игру. Или, как в случае с Томом, на рыжий ус". Все, включая его самого, разразились хохотом. Я увидел забавную сторону и озорно улыбнулся, но, увы, продвижение в команду "А" ускользнуло от меня.