Читаем Бернадот полностью

Бернадот, как мы видим, нисколько не пасовал перед Бонапартом, вёл себя с достоинством и даже несколько вызывающе. А. Палмер пишет, что он недооценивал огромный потенциал и скрытую силу корсиканца. Но кто мог по-настоящему оценить этого скрытного и двуличного человека в тот «инкубационный» период? Бернадот вовсе не был слеп, он видел всю напускную фанаберию Бонапарта (вспомним его впечатления от первой встречи) и вряд ли уже доверял ему, но портить с ним отношения не хотел.

Как бы то ни было, но Бернадот был впечатлён знаниями своего шефа и отдавал ему должное. По дороге домой он даже спросил Сарразэна, уж не бросить ли ему на время армию и поучиться? Потом все окружающие заметили, что Бернадот окружил себя книгами и в свободное время стал много читать.

В Удине Бернадот, вопреки утверждениям многих его биографов, снова принял свою дивизию, которая, согласно высказыванию командира его бригады Дезо, по-прежнему считалась лучшей в итальянской армии. Дезо нашёл вернувшегося из Парижа генерала «полным огня, энергии, благородных порывов и, прежде всего, верным своему характеру ». Он также вернулся к старым обязанностям по управлению провинцией Фриауль и частями армии, составлявшими её арьергард.

Но скоро Бернадот обнаружил, что прежние слухи начали сбываться. После заключения мира с Австрией Наполеон был назначен главнокомандующим т.н. Английской армией, которая должна была высадиться в Англии. Большую часть итальянской армии Наполеон собирался взять с собой, о чём 9 ноября 1797 года был издан его приказ. Наполеон брал с собой пятерых лучших генералов: Массену, Бернадота, Брюна, Жубера и Виктора. Бернадот оставался на почётной должности командира дивизии, часть которой, правда, оставалась в Италии. «Раскромсаны» были дивизии и других генералов, хотя следует признать, что по дивизии Бернадота нож проехал более безжалостно, чем по дивизиям Массены, Брюна и Жубера. Тем не менее никаких признаков недовольства у Бернадота эта мера не вызвала. И, как пишет Хёйер, никаких признаков недовольства с его стороны отмечено никем не было. Более того, 15 ноября генерал отправил Наполеону дружеское письмо, полное благодарности за предоставленную честь сражаться под его командованием. Не чувствовалось какой-либо обиды и горечи и в других его письмах в последующие две недели.

А далее началось непонятное.

Как только Бернадот 28 ноября прибыл в Тревизо, он сразу написал письмо в Директорию, в частности, к Баррасу, с просьбой немедленно отпустить его из Италии и назначить на другие участки военных действий: на Корфу, в Реюньон и даже в Португалию. Неожиданно Бернадоту расхотелось служить под Наполеоном, о чём он ему тоже доложил, отправив копию своего обращения в Париж. В дополнение к ней Бернадот приложил рекомендацию своим адъютантам Виллату и Морэну для прохождения службы в Английской армии, подчеркнув, что они «будут служить республике с тем же усердием и тщанием, которое всегда отличало части с Рейна. Они, как и я сам, могут преклоняться перед талантами, но никогда — перед посредственностями. И хотя у меня есть причины жаловаться Вам, я расстаюсь с Вами, не прекращая испытывать величайшее уважение к Вашим талантам».

Это послание Хёйер расценивает как своеобразное объявление войны Наполеону. Так чем же всё-таки объясняется такая резкая смена настроения Бернадота? Хёйер вслед за биографами Карла XIV Юхана Монгэльярдом (Montgaillard) и Изарном считает, что единственное объяснение такому поведению генерала заключается в том, что он решил уйти от Наполеона, потому что получил сведения, в том числе и от австрийцев, что корсиканец задумал совершить во Франции переворот и что Английская армия должна была явиться именно инструментом осуществления его замысла. Бернадот не хотел быть замешанным в эти события и заранее поспешил удалиться от Наполеона. Многие историки действительно склонны считать, что в конце 1797 года Наполеон был близок к тому, что он совершит двумя годами позже.

Вопрос о назначении Бернадота на Ионические острова был уже согласован с военным министром. Наполеон, получив от Бернадота подробные выкладки своей будущей кампании на островах, тоже не возражал. Английский посол в Вене сэр Мортон Иден докладывал в Лондон о французской экспедиции Бернадота в Индию через о-в Корфу. Имя Бернадота стало появляться на устах Европы. Генерал отослал в Париж Морэна за последними инструкциями, а его дивизия начала маршировать в направлении Мантуи и Милана.