Читаем Берег печалей полностью

Доната так и застыла, подняв голову вверх. Она закрыла глаза, уверенная, что рухнет замертво от невыносимого отчаяния.

Час спустя девушка добралась до канала Навильо и теперь шла тем же путем, которым когда-то они шли со Стефано в вечер их первого свидания. В баре «Каполинеа» давно погасли огни. Доната перегнулась через ограду и стала смотреть на воду – черную, неподвижную, такую близкую. Она всегда боялась воды, и теперь поняла почему.

Так она простояла долго, словно загипнотизированная течением канала, а в голове вновь и вновь звучали слова Марио, а потом объявление по радио. Огни фонарей отражались в воде. Доната внезапно почувствовала, будто что-то зовет ее, какая-то жалобная музыка манит ее из глубины. Она коснулась живота и подошла вплотную к ограде. Закрыла глаза, сделала еще один шаг и рухнула вниз.

Доната почувствовала холод, всплыла на мгновение, но течение вновь утянуло ее под воду. Инстинктивно закрыв рот, она задергала руками и ногами, воздух в легких вытолкнул ее на поверхность. Доната сделала вдох, однако не стала звать на помощь. Она продолжала судорожно двигаться, но через несколько секунд снова погрузилась с головой.

Рот закрыт, челюсти плотно сжаты. Вокруг полная чернота. Доната попыталась всплыть, но не могла. Она почувствовала, что задыхается, голова, казалось, вот-вот лопнет. Вдруг в темноте блеснула искра. Свет все приближался, и вскоре Доната уже смогла рассмотреть женскую фигуру. Она плыла к ней и становилась все четче. Незнакомка протянула руки, и девушка узнала ее. Внезапно все стало ясно: ну конечно! На карте Дьявола была нарисована ее собственная жизнь… Это она и Джино – женщина и мужчина, скованные цепью, а ребенок в животе дьявола – ее ребенок!

Доната перестала сопротивляться и отдалась течению. Легко, будто по мановению волшебной палочки, она поплыла к Виолке, протянула руки и коснулась цыганки. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, а потом Доната открыла рот, пытаясь вдохнуть. Все закончилось.

* * *

– Доната…

В субботу, 30 июня 1973 года, Снежинка резко проснулась на рассвете, громко зовя внучку. Она тяжело дышала, дрожа от страха. Некоторое время Снежинка оставалась в постели, пытаясь успокоиться.

– Чертовы сны! – раздраженно воскликнула она.

Снежинка спустила ноги с кровати, пошла на кухню и сварила кофе, но не смогла проглотить ни кусочка печенья. Ночной кошмар все никак не выходил у нее из головы.

– Да ладно, ничего это не значит, – отмахнулась она наконец.

Порывшись в комоде, женщина вытащила тетрадь с номерами телефонов, переписала какой-то из них на листочек, сложила в карман и, как обычно, отправилась в церковь.

После службы она опустилась на колени перед статуей Богоматери, зажгла свечу и долго молилась.

В девять утра Снежинка вошла в кафе на площади Пеполи.

– Берта, пожалуйста, можешь позвонить моему сыну? Вот его телефон, – обратилась она к женщине за прилавком.

В доме Дольфо раздался звонок. Он ответил и сразу понял по голосу, что мать чем-то взволнована, однако та продолжала задавать обычные будничные вопросы и все никак не могла добраться до сути.

Наконец Снежинка спросила:

– А как у Донаты дела?

– Все хорошо. Она недавно ходила к врачу, и ей подтвердили, что все в порядке.

– Ты когда с ней разговаривал в последний раз?

– На прошлой неделе, и она сказала…

– Пожалуйста, позвони ей. Прямо сейчас, а потом перезвони мне, я подожду в кафе у Берты.

– Что случилось, мама?

– Ничего. Но мне будет спокойнее, если ты ей позвонишь.

– Ты знаешь, что она не дает нам свой номер, мне надо сначала связаться с Нормой.

– Хорошо, вот и свяжись прямо сейчас.

Дольфо положил трубку и начал набирать номер племянницы. Не успел он дойти до последней цифры, как из соседней комнаты донесся голос Зены:

– О Боже мой… Нет, не может быть!

Дольфо кинулся к жене. Зена стояла перед телевизором, белая, как привидение.

– Стефано убили.

– Какого Стефано?

– Ну, бывшего молодого человека Донаты. В него выстрелили из пистолета вчера вечером.

Супруги тут же позвонили Норме. Та ответила, что еще не говорила с Донатой, но сейчас же попробует с ней связаться. Она перезвонила Дольфо и Зене через несколько минут.

– Не отвечает. Я оставила сообщение на автоответчике. Может, куда-то ушла.

– Она в любом случае узнала бы о Стефано и позвонила бы нам. Нет, случилось что-то дурное.

– Давайте подождем до понедельника? Может, она уехала из города на выходные.

Норма снова позвонила двоюродной сестре в воскресенье и в понедельник после работы, но никто не ответил.

Тем же вечером Дольфо заявил в полицию об исчезновении дочери. Офицер стал записывать все детали, и когда дошли до «особых примет», отец сказал:

– Она на шестом месяце беременности.

Опознать тело было несложно. В морг государственной больницы «Нигварда» привезли всего двух неизвестных покойников: старика и молодую женщину-утопленницу на позднем сроке беременности. Когда Дольфо позвонили из полиции, он рухнул на стул и принялся качаться вперед-назад, обхватив голову руками.

– Это она, Зена, наша малышка! – повторял он.