Они отправились в путь еще затемно. Стояло начало ноября, но день и в самом деле выдался прекрасный: солнце сияло, воздух постепенно нагревался. Доната пребывала в отличном настроении. Она решила временно забыть о давлении товарищей по партии, о требованиях Джованни Скудери, Джино Такси и всех остальных и просто насладиться маленьким путешествием со Стефано, не думая ни о чем дурном.

Влюбленные ели в машине прихваченные из дома бутерброды и весело подпевали песням по радио. Когда на станции ставили Луиджи Тенко или Бруно Лауци, Доната молчала и нежно гладила Стефано по волосам.

– Ты знаешь, что я просто не могу без тебя, правда?

– Боюсь, мы оба пропали. Рано или поздно нам придется пожениться, – засмеялся он в ответ.

К середине утра они добрались до Санта-Маргериты. Проехав по просторной набережной с пальмами и множеством отелей, Стефано свернул на боковую улочку.

– Приехали, – объявил он, когда показалась белоснежная вилла с башенкой.

– А почему ты не остановился?

– Лучше зайти с заднего входа. Мы в последнее время так делаем. Ну, знаешь, из соображений безопасности.

Стефано остановил машину в пустом переулке. Вилла представляла собой элегантную постройку конца века, окруженную высоким забором. Они прошли к дому через примыкающий сад, воспользовавшись незаметной дырой в живой изгороди. Стефано объяснил, что соседи разрешили пробираться через их участок.

– Просто только так отец может входить и выходить без охраны. Это чтобы не подвергать его опасности.

– Твой отец подвергает себя опасности своими же действиями.

– Доната, прошу тебя…

– Окей. Больше никакой политики, обещаю.

Внутри дом оказался уютным, обставленным в сдержанном изысканном стиле. В гостиной стоял огромный камин, и влюбленные в первый же вечер разожгли огонь.

Следующим утром они решили позавтракать на балконе, расположенном в башенке. Оттуда открывался потрясающий вид на залив, каменистый утес, спускающийся к морю, и знаменитый пляж Портофино. Стефано и Доната сходили на рынок, купили свежую рыбу, овощи и вино из Чинкве-Терре. После обеда они повалялись на пляже с книжкой, а вечером отправились ужинать в уютный ресторанчик.

В эти дни они много читали, подолгу гуляли, а по вечерам отправлялись в постель и разговаривали до поздней ночи. На третий день на пляже Стефано сказал:

– Следующим летом мы с тобой доплывем вон туда, за те рифы. Там невероятно красиво.

– Я не умею плавать и смертельно боюсь воды.

– Да ладно, я тебя научу.

– Нет, извини. Стоит мне по колено войти в воду, как я начинаю задыхаться. Знаю, это глупо, но ничего не могу с собой поделать.

– Вот увидишь, со мной ты научишься.

– Да прекрати! Сам-то…

– Что ты имеешь в виду?

– Да ты же всего на свете боишься! Моешь руки по сто раз на день, потому что тебе повсюду мерещатся микробы, и спишь в пижаме даже летом, а то вдруг замерзнешь. Я и представить не могу, как бы ты решился на что-то из ряда вон выходящее, ну не знаю, поехать в Индию. Да что я говорю, хотя бы в Грецию или в Марокко! Там же антисанитария, кишечные вирусы и полно воров… А мне устраиваешь сцену из-за одной-единственной фобии.

– Ну-ну! Значит, вот как ты обо мне думаешь? Скучный тип без малейшей тяги к приключениям…

Стефано начал снимать ботинки, затем носки, потом стянул свитер.

– Ты что делаешь?

– Значит, сплю в пижаме все лето и ни за что не решился бы поехать в Марокко, а?

Доната схватила его за руку.

– Не глупи, Стефано! Ноябрь на дворе…

Не слушая ее, юноша побежал к воде. Он решительно нырнул, потом снова всплыл на поверхность, невольно вскрикнув от холода, и засмеялся.

– Идите сюда, синьорина, акул не видно!

– Выходи! Стефано, перестань!

– Ты еще многого обо мне не знаешь, – ответил он и решительно поплыл вперед.

* * *

Выходные пролетели как один миг. На четыре дня влюбленные забыли о Милане, о партии, об отце Стефано. Только один неприятный эпизод нарушил идиллию. Незадолго до отъезда в Милан Стефано наткнулся в саду на змею и убил ее. Когда Доната увидела, как он идет к дому, подняв змею на садовые вилы, то невольно вспомнила истории бабушки Снежинки и вдруг испугалась.

– Что случилось? – спросил Стефано, заметив ее беспокойство.

– Да я сейчас вспомнила легенду, которую мне рассказывала бабушка много лет назад, про пророчество, касающееся нашей семьи… И там что-то было про змей и несчастья… Как же?.. Ах да. Цыгане говорят, что в каждом доме живет добрая змея, которая защищает семью, и убить ее – к большой беде.

– Единственная беда была бы, если бы она кого-то укусила, – со смехом ответил юноша.

Он зарыл змею в землю, и влюбленные продолжили готовиться к отъезду.

Перед тем как Стефано завел машину, Доната погладила его по руке.

– Мне было так хорошо в эти дни. Давай уезжать иногда, только я и ты.

– В декабре я еду во Флоренцию на симпозиум. Поедешь со мной?

– Пусть будет Флоренция! – ответила она, чувствуя себя совершенно счастливой впервые за долгое время.

<p>1969</p>