— Конечно же, нет, — Мира усмехнулась против воли. — У нас есть целый мир таких углеродных. А у вас здесь целый мир Химии. Подозреваю, ты и не видел его. И нашим мирам грозит опасность от твоего хозяина. Поэтому мне поручили остановить его. Для этого мне нужно попасть в лабораторию, но для начала найти ее в этом замке. Ты не мог бы забыть обо мне и идти по своим делам?

— Я могу только проводить тебя в темницу. Особенно, если ты угрожаешь моему хозяину.

— Это я ему угрожаю? — возмутилась Мира. — Он первый влез в наш мир и украл оттуда бензол, чтобы всех поработить или даже уничтожить! Ладно, тебя не интересует наш мир, но подумай хоть о своём!

— Ты не можешь мне указывать, о чем мне думать. Этот мир мне чужой, и родным стать не успеет. А теперь идём в темницу.

Астат шагнул к Миранде, но та ловко увернулась и воскликнула:

— Как будто цель всей твоей короткой жизни — запереть меня там!

— Цель? — Астат слегка удивился. — Какая ещё цель? Моя жизнь длится восемь часов! Вся цель звучит ещё в моем имени — оно означает "неустойчивый".

— Все равно каждый может делать хорошие поступки, — высказалась Мира. — Для одного так точно восьми часов достаточно.

— Что ж, — Астат задумался. — Я могу хорошо служить своему хозяину и отвести тебя в темницу.

— Но твой хозяин Злой Волшебник!

— Он меня создал, подарил мне хотя бы мои восемь часов…

— Эй! — перебила его Мира. — Ты умрешь, а он после этого и не вспомнит о тебе. Можешь мне поверить, если ему плевать на целый мир, даже два, то один ты его ещё меньше волнуешь. И твоя жизнь, такая короткая, не принесёт ничего хорошего. За свои восемь часов ты мог бы помочь мне спасти мир и стать героем, но ты выбираешь служить злу. Ладно, я понимаю, если бы у тебя не было выбора, но прямо сейчас он есть! Ты так спокойно принимаешь то, что умрешь к утру, но не допускаешь и мысли, что каждая жизнь оставляет после себя след. Да, и твоя не исключение. Если ты меня отпустишь, то и после тебя этот мир будет жить, как результат твоих действий, не только твоих, но все же. А если его поработит или уничтожит Злой Волшебник, это тоже будет результат твоих действий. Выбор за тобой. Ты можешь принести процветание и свободу, а можешь — разрушение и рабство. Так для чего ты живёшь, Астат?

Миранда сделала глубокий вдох и выдох. Зря, все зря. Астат ни секунды не слушал ее: он только стоял, глядя в пустоту и летая мыслями где-то очень далеко, и даже не заметил, когда его пленница замолчала. "Я должна была попытаться", — успокаивала себя Мира.

Наконец, туман вокруг Астана рассеялся, и тот словно заново заметил перед собой представительницу углеродной формы жизни в блестящем свитере.

— За мной. Иди быстро, и не отставай, — скомандовал он, развернулся, и пошёл по коридору.

Мира обречённо поплелась за ним, раздумывая, как теперь сбежать. А может, двери темницы тоже ей подчиняются?

— Быстрее, — поторопил Астат.

— Что, не терпится увидеть меня за решеткой? — откликнулась Мира. — Ну и пожалуйста! Можешь засунуть меня в темницу! Я проделала сюда такой путь, что не сдамся до последнего. Все равно я найду выход, не сомневайся!

— Мы идём не в темницу, — Астат остановился и обернулся. — В лабораторию.

И он продолжил путь.

Мира, не веря своему счастью, бросилась следом.

17

Из коридора Астат вышел в большой зал, пересёк его и оказался на площадке над ещё одним огромным залом на первом этаже. Оттуда он уверенно свернул в новый коридор, более узкий и тёмный, и лишь тогда Миранда решилась заговорить:

— Послушай, что ты имел в виду, когда сказал, что ты галоген?

— То, что у меня пять электронов на внешнем p-подуровне, — удивлённо отозвался Астат. — Иными словами, до заполнения этого подуровня не хватает одного электрона. На внешнем же электронном уровне у меня семь электронов.

— Капец! — воскликнула Миранда. — Тебе всего один час, но химию ты знаешь лучше меня!

Астат пожал плечами.

— Почему тебя это интересует? — спросил он. — Я имею в виду, если ты не понимаешь, что я говорю, то как тебе помог мой ответ?

— Не помог, — хмыкнула Мира. — Но я надеялась. Просто пока я искала замок Злого Волшебника, я очень со многими познакомилась. В одном клубе я встретила группу ребят, и все вокруг называли их галогенами.

— Ты серьёзно? — изумился Астат. — Где-то есть ещё галогены, кроме меня? Нет, это вроде бы предсказуемо, но я не могу поверить, что я не один такой во всем мире. Что у кого-то еще есть похожие проблемы…

— Ваня говорил мне, что элементы делят на группы по внешним оболочкам, — вспомнила Мира. — А ещё, что галогены — это семнадцатая группа.

— Кто такой Ваня?

— А, это… — Миранда задумалась, можно ли сказать, что в замке ещё один человек. — Это мой друг с универа. Он любит химию и хорошо ее знает, намного лучше меня, поэтому я попросила его обьяснить мне кое-что. Он вообще много рассказывал мне про атом, галогены — это вообще не главное было, но когда ты произнёс это слово, я подумала, связан ли ты с галогенами из клуба.

— Нет, я никогда о них не слышал. Расскажи, какие они, — попросил Астат.