Читаем Белый вождь полностью

Было совершенно очевидно, что молодая девушка равнодушна к нему, что его блестящий мундир, развевающиеся перья и занимаемый им высокий пост не производят на нее ни малейшего впечатления. Вискарра понял наконец, что Розита не имеет ничего общего с теми девушками, которых он привык обольщать. Она, казалось, была сделана из другого теста. Черноглазые красавицы долины приняли бы золотой, даже не покраснев при этом.

Итак, о вторичной поездке в ранчо нечего и думать. Но где, в таком случае, встретиться с нею? Как повидать ее? Вискарра знал, что Розита приезжает в Сан-Ильдефонсо крайне редко, да и то только тогда, когда брат ее не находится в отсутствии. Где же, как же увидеться с ней. Чем больше думал полковник на эту тему, тем безнадежнее казалось ему создавшееся положение. Судьба как будто дразнила его, не давая ему возможности исправить допущенную им ошибку. Розита была недоступна. Да, положение безвыходное. Вискарра честно признался в этом.

Однако печальные размышления не охладили его пыла. Убедившись в неосуществимости намеченных планов, он все же решил гнуть свою линию. Ему не хотелось отказываться от Розиты. Неужели же он, знаменитый пожиратель сердец, не может одержать победы над простой крестьянской девушкой? Неужели он, никогда не терпевший неудач, признает себя на этот раз побежденным? Если бы даже им руководило только тщеславие, он ни за что не остановился бы на полпути. Но им руководило нечто гораздо более сильное – страсть, становившаяся с каждой минутой все более нетерпеливой и жгучей. Препятствие, на которое ему пришлось натолкнуться, сыграло роль сухих сучьев, подброшенных в костер. Оно вызвало в сердце полковника Вискарры прилив энергии и решимости.

К тому же его мучила ревность, все время подхлестывавшая его гордость и самолюбие.

Комендант ревновал Розиту к Хуану. Впервые он обратил внимание на молодого ранчеро в день праздника. Он видел, что тот неразлучен с Карлосом и его сестрой. Он видел, что они все делают вместе, – пьют, разговаривают, веселятся. Уколы ревности уже и тогда давали о себе знать. Но тогда они были еще довольно слабыми, так как полковник не сомневался в быстром и полном успехе. Теперь же, после того как он потерпел неудачу, после того как он был изгнан из маленького ранчо, после того как, еще не успокоившись от пережитой неприятности, он встретил своего счастливого соперника, направлявшегося в дом сиболеро Карлоса с уверенностью в хорошем приеме, – после всего этого ревность стала причинять ему адские мучения. Подумать только, что все это не сон, а ужасная правда, что девчонка осмелилась насмешливо хохотать ему вслед… Гром и молния! При одной этой мысли полковник начинал дрожать от бешенства.

Тем не менее никакого конкретного плана дальнейших действий у него не было. Конечно, есть способы, при помощи которых можно добиться поставленной цели… способы не слишком благовидные, но зато весьма действенные. Удобно ли только прибегать к ним? Вискарра почувствовал потребность откровенно поговорить с человеком, настроенным более хладнокровно, чем он сам. Куда это запропастился Робладо?

– Сержант, попросите сюда капитана Робладо! Скажите, что он мне нужен.

Для помощи в таком щекотливом деле капитан Робладо был наиболее подходящим лицом. И он, и полковник обнаруживали полнейшую беспринципность по отношению к женщинам. Но между ними все-таки наблюдались существенные различия. Вискарра выступал преимущественно на ролях комедийного героя. Волочась за красавицами, он следовал (или, по крайней мере, ему казалось, что он следовал) заветам Дон Жуана. Приемы, к которым он прибегал, не выходили за рамки общепринятых. В противоположность ему капитан не стеснялся в средствах и в случае надобности охотно употреблял грубейшее насилие. Негодяями они были оба. Но подчиненный превосходил начальника и жестокостью, и цинизмом.

Убедившись в непригодности своей обычной тактики, комендант решил сделать то, что посоветует ему Робладо. В данном случае он имел все основания доверять капитану, знавшему, как утверждали жители Сан-Ильдефонсо, все хитрости, употребляемые для победы над женщинами и дикарями.

Случилось так, что в тот самый момент, как полковник подумал о нем, Робладо, в свою очередь, захотел посоветоваться с ним о своих личных делах. Он просил у дона Амброзио руки Каталины и получил согласие. Однако, к всеобщему удивлению, сеньорита заупрямилась. Категорически отвергнуть капитана Робладо она не решалась. Такой отказ прозвучал бы слишком вызывающе и навлек бы на нее много неприятностей. Опасаясь отцовского гнева, молодая девушка попросила повременить с решением вопроса. Она, по ее словам, еще недостаточно подготовилась к замужеству. Робладо, сгоравший от нетерпения разбогатеть, не хотел и думать об отсрочках. Между тем дон Амброзио согласился исполнить просьбу своей дочери. Немудрено, что при таких обстоятельствах капитан чувствовал себя сильно раздосадованным.