Читаем Бедные дворяне полностью

Накануне прибытия Осташкова Рыбинский тоже приехал в город и остановился, по обыкновению, у лесничего. Он был очень дружен с ним. Приезд Павла Петровича, постоянно проигрывавшего Кострицкому в карты, всегда был праздником для лесничего. Избалованный вкус богатого Рыбинского не переносил вин, продававшихся в местном погребке; он постоянно выписывал вина из Петербурга или Риги, и потому, приезжая в город, он привозил с собою по нескольку дюжин бутылок, которые или выпивались им вместе с хозяином, или оставлялись в распоряжение последнего, если гость уезжал, не истребивши всего запаса. По должности предводителя, Рыбинскому нужно было часто приезжать в город, и, чтобы не стеснить своего небогатаго хозяина, он привозил с собою повара и закупал провизию всякого рода на целые месяцы, хотя оставался иногда в гостях не более недели: ведь, не везти же ему все это в деревню; и лесничий, ничего не покупая, имел постоянно изобильное продовольствие. Каждый раз, с приездом Рыбинского, у лесничего шел пир горой; все уездное общество собиралось у него, карточная игра почти не прерывалась; все, начиная с хозяина до последнего гостя, были веселы и пьяны; хозяин постоянно выигрывал, а Рыбинскому не везло в картах до такой степени, что иногда он даже сердился и, проигравши значительный куш, бросал карты и уходил спать раньше всех, оставляя хозяина с прочими гостями сражаться всю ночь до самого света. Такая постоянная, неугомонная кутерьма в доме утомляла Юлию Васильевну, и когда не было у нее в гостях дам, она тоже очень рано уходила спать. Она даже несколько раз замечала мужу, что ей не нравятся эти частые посещения Рыбинского и сопровождающие их кутежи; но Иван Михайлыч отвечал на это с улыбкой беззаботности, что он очень любит Рыбинского, а кого любит муж, того должна любить и жена. Юлия Васильевна на это иногда возражала слегка, а иногда и вовсе ничего не возражала. Понимал или нет Иван Михайлыч настоящие отношения своей жены к Рыбинскому – нельзя было сказать наверное, но вероятнее всего, что он об этом вовсе не думал и не хотел думать: с некоторого времени вино и карты составляли для него главный интерес в жизни, гораздо более важный, нежели верность жены.