Читаем ББК84Р7-4 М17 полностью

—Он — пророк! У него — волшебный меч! Этим мечом он отсек голову Егошуа! И теперь вы должны умолять его, чтобы он не уничтожил вас! Чтобы он подарил жизнь таким свиньям, как вы! Чтоб он разрешил охранять его!

Громилы, может, и хотели что-нибудь сказать, но не умели этого сделать. Они начали бубнить что-то про верность, покорность...

Это было неинтересно. Элеонора решила, что пора приступать к делу:

— Вы должны с почестями похоронить этого человека, — Элеонора показала на Барака. — Завтра утром. Через восемь часов после его гибели. А тот, кто назывался пророком, останется гнить здесь! Пусть его съедят волки и шакалы! Пускай вороны выклюют ему глаза! Этот дом осквернен! Ни один уважающий себя человек больше никогда не переступит его порог!

Элеонора говорила громко и властно.

После каждой ее фразы охранники опускали головы все ниже.

— Он, — Элеонора показала на Гарда, — настоящий пророк, владеющий волшебным мечом, назначает вас близкими людьми Барака.

Не совсем понимая, что происходит, Гард согласно кивнул и даже, для пущей торжественности, поднял руку над головой.

Благодарная улыбка Элеоноры была ему наградой.

— Этот человек, — она снова указала на Барака, — хороший человек, но так распорядился Господь, что у него нет близких. Вы станете оплакивать его завтра утром так, как оплакивали бы самого близкого своего человека! Ты, — Элеонора ткнула рукой в одного из охранников, — уйдешь отсюда с рассветом и отыщешь гробницу. Самую лучшую.

— Я знаю где. Я понял, — робко прошептал охранник.

— А ты, — она показала на другого, — организуешь похоронную трапезу.

Охранник молча кивнул.

—Но нам всем не придется прийти на поминальную трапезу. И нам всем не придется, согласно традиции, тридцать дней соблюдать траур. Нас зовет Весть. Настоящая Весть, видимая только пророкам. И значит, Бог простит нас.

«Для кого же будут поминки, если мы все уйдем?» — про себя удивился Гард.

Элеонора заканчивала отдавать распоряжения:

— Сразу после похорон мы уйдем к Иисусу. Вы будете сопровождать нас и охранять этого человека, — она слегка поклонилась Гарду. — Запомните: он — посланник, он — пророк. Вы будете охранять его до тех пор, пока в вас будет необходимость.

Головы охранников уже находились на уровне пола. Было ясно, что ради своего нового хозяина они готовы на все.

—Да будет так! — закончила Элеонора. — Мы с пророком уходим в одну из комнат. Вы остаетесь здесь. Завтра на рассвете мы по всем законам похороним Барака. В отдельной могиле. Как достойного человека.

Элеонора быстро отыскали в доме циновки — и укрыться, и положить под голову.

Девушка и комиссар легли на разные кровати.

—Почему ты была так уверена, что эти люди не станут защищать хотя бы память Егошуа? — спросил Гард. — Почему ты была убеждена, что они пойдут за мной?

—Это так просто, — Гарду казалось, что даже в темноте он видит, как Элеонора улыбается. — Только настоящему пророку люди остаются верны и после его смерти, а лжепророков предают с еще большим удовольствием, чем обычных людей.

Было совершенно тихо и темно. Даже цикады затихли. Даже летучие мыши не нарушали тишины шорохом своих крыльев.

Гард никак не мог уснуть. Он лежал и думал о том, что в этом странном, невероятном, прошлом времени он, кажется, нашел ту девушку, которую не мог отыскать на Земле. И кто знает, если он сам таинственным образом попал в это время, если все законы и правила все равно нарушены, то почему бы обратно ему не вернуться вместе с ней?

Интересно, как Элеонора будет чувствовать себя на Земле? Гарду казалось, что она приспособится. Такая девушка приспособится к чему угодно.

А по поводу того, что Элеонора захочет пойти с ним хоть куда — хоть к Иисусу, хоть в будущее, — у Гарда не было никаких сомнений.

Он поднялся.

Луна, как специально, вышла из облаков и осветила лицо Элеоноры.

Стоит ли добавлять, что во сне она была еще прекрасней? Гард провел рукой по волосам Элеоноры. Волосы у нее оказались жесткими и упрямыми.

Комиссар присел на край кровати. Погладил Элеонору по лицу. Провел рукой по шее, скользнул к груди.

— Иди спать, Гершен, — сказала Элеонора, не открывая глаз. — Завтра трудный день. Завтра ты встретишь Иисуса.

Гард попробовал обнять Элеонору. Она отвернулась от него к стене и повторила:

— Иди спать.

Гард вернулся на свою жесткую кровать.

«А почему, собственно, я решил, что эта девушка сразу станет моей? Все правильно. Она ведь — настоящая. Она все сделала правильно».

И комиссар провалился в сон.

Когда Гард проснулся, тело Барака уже лежало во дворе.

Огромные мужчины в разорванных одеждах стояли вокруг тела и рыдали так, словно действительно их покинул самый близкий на Земле человек.

Один из охранников, рыдая, начал обмывать тело Барака чистой водой из колодца, но Элеонора закричала:

— Вы что, не знаете, что тело неожиданно умершего человека должно быть погребено без омовения?! Оно должно сохранить свою цельность для воскресения, что вы делаете? Найдите в доме лучшую плащаницу, пропитайте ее самыми изысканными благовониями и оберните ею тело несчастного.