Читаем ББК84Р7-4 М17 полностью

- Как я понимаю, ты всегда чувствуешь зов Вести, и мы можем отправиться на ее поиски прямо сейчас? — спросил Гард.

И незнакомый голос ответил ему:

- Нет, не можете!

Гард огляделся.

У входа в пещеру стоял римский легионер и улыбался.

- Егошуа — человек, который будоражит народ. Егошуа будет казнен. И все его ученики тоже. У нас есть приказ арестовывать учеников Егошуа — человека, который готовит смуту, — сказал римлянин.

- Но мы совсем не его ученики, — начал Гард. Но римлянин закричал:

- Молчать! Вы находитесь в пещере Егошуа, а этого, — он показал на Барака, — я знаю как ученика Егошуа. Да и девчонка часто слушала возмутительные речи. Вы будете арестованы! И не вздумайте бежать, тогда мы просто убьем вас!

«Господи, — подумал Гард, — еще не хватает, чтобы я погиб как ученик Егошуа. Это уж совсем невозможно!»

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Егошуа не раз говорил Бараку: «Иди и размышляй над тем, что я тебе сказал».

Но Барак не умел просто так лежать и размышлять. Он считал, что умением думать, ничего при этом не делая, обладают только воистину великие люди. А Барак себя таковым не считал.

Поэтому, когда Учитель посылал его размышлять, Барак совмещал размышления с изучением пещеры.

Может быть, поэтому в размышлениях он не преуспел, а в изучении пещеры преуспел, и весьма.

Барак крикнул:

- За мной! Давайте! И полез куда-то вверх. Элеонора и Гард бросились за ним.

Рядом с шеей комиссара просвистела стрела. «А стрелы действительно свистят», — подумал он. Они влезли на небольшую каменную перемычку, спрыгнули с нее и оказались в другой комнате.

- Сюда, сюда, — звал Барак, выбегая из комнаты в довольно длинный каменный коридор.

Гард думал, что в поисках Егошуа они облазили всю пещеру, оказалось — лишь малую ее часть. Пещера Егошуа - это целый мир, в котором так легко заблудиться.

Элеонора и Гард передвигались в полной темноте, ориентируясь на голос Барака:

- Сюда! За мной! Сюда! Гард оглянулся.

Факелы римлян были совсем близко.

- Сюда! Быстрей! — раздавался голос Барака где-то справа.

Гард держался рукой за влажную каменную стену.

-Гершен, ты здесь? — услышал он впереди голос Элеоноры.

И тут же наткнулся на нее.

Они вместе повернули направо и оказались в комнатке, вверху которой светилось крошечное окно. «В это окно мы не пролезем», — подумал Гард. Но спасение, оказывается, было не наверху, а внизу. Барак нагнулся и дернул лишь ему видимую ручку. Внизу открывалась бездна.

- Прыгайте туда быстро! — приказал Барак. Приближавшиеся голоса римлян не оставляли времени на раздумья.

Первым прыгнул Гард.

Он протянул руки, и у него в объятьях оказалась Элеонора.

Последним прыгал Барак. Он закрыл крышку странного люка, и они снова оказались в абсолютной темноте.

И уже через мгновение услышали наверху голоса:

- Здесь нет никого. Они как сквозь землю провалились.

- Ты оставил людей у выхода?

- Конечно.

- Отлично! Пойдем посмотрим, нет ли здесь еще какого-нибудь выхода.

- Никуда они не денутся... Рабы Егошуа... Отловим - и уничтожим! Чтобы другим неповадно было.

Когда шаги стихли, комиссар спросил:

- Ну, и долго мы будем здесь сидеть?

- А что ты предлагаешь? — прошептала Элеонора. — Как только мы выйдем, нас схватят.

И тут раздался тихий голос Барака:

- Есть один выход. Но это очень опасно. Комиссар гневно посмотрел на Барака: мол, если

есть выход, чего ж молчишь? Говори.

Но потом понял, что в темноте его взгляд не виден, пришлось открыть рот:

- Говори! Говори быстро!

Барак посмотрел обиженно, но тоже понял, что взгляды тут бессмысленны, и начал шептать:

- Мы находимся с вами в начале подземного хода. Егошуа говорил, что он выходит прямо в пустыню, недалеко от Вифлеема. Однажды я хотел по нему пройти, но не смог. Мне не хватило воздуха. Мы можем попробовать, но...

- Никаких «но» — отрезала Элеонора. — Другого выхода нет. Либо мы умрем здесь от жажды, либо римские легионеры снесут нам головы.

Элеонора была права, спорить с ней значило терять время, которое опять стало драгоценным.

Ползти решили так: Барак первым, Элеонора — за ним, Гард замыкает ползущую процессию.

Поначалу идти было довольно легко. Гард лишь слегка пригибал голову, а Элеонора и вовсе шла, гордо глядя прямо перед собой.

Верхний свод становился все ниже, ниже. Гарду пришлось опуститься на четвереньки.

- Я забыл сказать, — услышал он голос Барака. — Здесь есть крысы. От страха они могут вас укусить. Не позволяйте им этого делать — укус крысы, конечно, не смертелен, но можно заразиться какой-нибудь неприятной болезнью.

«Как это не позволить крысе себя укусить, — подумал комиссар, — если тут пошевелиться практически невозможно?»

Укус крысы очень пугал его. Умереть не страшно, а вот мучиться от какой-нибудь ужасной болезни, лежать беспомощным в далекой пещере, в отсутствии нормальных лекарств, виски и еды... Нет, такая перспектива казалась катастрофической.

Проход сужался. Пока еще можно было ползти на четвереньках, но становилось ясно: скоро придется ползти на животе.