Читаем Баллада ворона полностью

Он криво улыбнулся, думая о Дикой Охоте. Его ведьмочка потрясала своим видом. Неблагие фейри не перестали до сих пор говорить о ней. Слуа шептали ему на ухо все, что рассказывали другие фейри. Они не видели ее какое-то время, но хотели увидеть снова. Айслинг оставила след на дворах одним лишь появлением.

Воронья королева вызывала гордость, а Бран поймал ее душу своей.

Он гордо выпятил грудь, кашлянул и смотрел на огонь.

— Это займет много времени?

— Зависит от того, что для тебя много.

— Я бы хотел увидеть, что твой сын делает с моей спутницей.

— Твоей давно потерянной любовью? — исправила Тлахтга. — Эта женщина глубже, чем кажется. Она будет с ним в порядке. Он поможет ей понять, что жизнь — это не просто быть воином.

Бран сдвинул брови.

— Что ты имеешь в виду?

— Ее история еще не рассказана, и в ней куда больше, чем кажется взгляду, — его королевство снова стало размытым. Тлахтга зашипела.

— Что такое? — он склонился к огню, пытаясь увидеть то же, что и друидесса. — Что ты видишь?

Она махнула рукой, и огонь вдруг угас. Она повернулась, хотя не должна была двигаться так резво в своем возрасте, и рявкнула:

— Камма, Диорб, ведите брата и ту женщину в дом. Немедленно.

Ее сыновья не мешкали. Они выбежали из домика, пока их мать стала закрывать окна. Она хлопала ставнями, бормоча заклинания. Воздух быстро стал тяжелым, давил на его плечи, словно ладони сотен людей.

Бран боролся, но его быстро придавило к полу, он оказался на корточках. Магия ударяла по его плечам, Тлахтга заставляла его не двигаться. Входная дверь открылась. Три брата внесли Эльву, которая вопила и плевалась, а потом захлопнули за собой дверь.

Ему не нравилось, что с ней так обращались. Она не любила, чтобы он ее касался, а они все-таки не были чужими.

Гнев в его груди помог высвободить язык из оков магии друидки, он прорычал:

— Как это понимать, Тлахтга?

— Ты меня обманул, — прорычала она. — Ты заставил меня раскрыть себя, и теперь ты заплатишь.

— Я такого не делал.

Она пошла к нему, уже не старушка. Сильная друидесса с прямой спиной и силой на кончиках пальцев. Она присела перед ним, прижала палец под его подбородком и заставила его посмотреть на нее.

— Ты работаешь на Кэрман, а я не люблю ведьм.

Бран стиснул зубы.

— Я хочу убрать Кэрман из Подхолмья. Она охотится на мою королеву. Если бы я мог ее убить, я бы это сделал.

Тлахтга сделала паузу.

— Ты не серьезно это сказал, Неблагой.

— Фейри не могут врать. Ты знаешь, что это правда.

Она толкнула его голову и прошла к ее сыновьям.

— Опустите фейри. Я убью ее, и, может, тогда он заговорит. Я хочу знать, что задумала Кэрман, и как скоро она нападет на нас.

— Я ничего не знаю о Кэрман, но если тронешь мою спутницу, то я порву вас на кусочки, — магия Короля-ворона опаляла его вены, выпрямляя его мышцы и заставляя черные искры плясать перед глазами. — Не проверяй меня, друидесса.

Она бросила на него взгляд через плечо, ее сыновья удерживали Эльву.

— Ты сам сказал, Неблагой. Я богиня, стала такой сама. Думаешь, фейри сможет бороться со мной?

— Я не просто фейри. Я — Король-ворон.

Тлахтга подняла опасного вида нож, и зрение Брана помутилось. Ее магия все еще давила на его плечи, но это было не важно. Он мог встать, не боясь ее силы. Он прошел вперед, зло выдохнул, и от этого три сына Тлахтги крепче сжали руки и плечи Эльвы.

Друидесса замешкалась на миг, ее нож замер у горла Эльвы.

— Ты рискнешь всем ради этой тоже? Ты собираешь гарем?

— Я не Благой король. Мне не нужны гаремы или наложницы. Я хочу вернуть свою королеву, и ты поможешь мне.

— Я не буду помогать сообщникам Кэрман.

— А я повторю, — прорычал он. — Я не работаю на Кэрман, и я хочу убрать ее из Подхолмья. Если мне нужно направить к тебе защиту, пока я не убью ее, я так и сделаю. Мне сказали, что ты поможешь мне найти мою королеву. Если поможешь уничтожить ведьму, что мучает мое королевство, то нам обоим будет только лучше.

Ладонь Тлахтги дрожала, нож медленно отодвинулся от шеи Эльвы.

— Я не слышала, чтобы фейри могли врать. Вряд ли это изменилось за время, пока меня не было при дворах.

— Я не могу врать, и я поклянусь на крови, что не наврежу тебе или твоим, если поможешь мне убить Кэрман, — Бран протянул запястье.

Она не ждала, пока он передумает. Тлахтга взмахнула ладонью, провела ножом по его запястью. Кровь выступила мгновенно, сила его слов опалила его плоть клятвой.

Бран зашипел.

— Этого хватит?

— Пока что, — она опустила нож. — Ты хочешь убить Кэрман и спасти свою королеву? Не обещаю, что в конце они не будут едины.

Он не хотел знать, что это значило. В их жизнях многое было неправильно, и он не удивился бы, если бы Айслинг умудрилась как-то связать себя с королевой ведьм. Они разберутся с этим, когда до этого дойдет, но он не убьет Айслинг. Никогда.

— Я не убью свою королеву, — он оскалился. — Так что я предлагаю тебе придумать способ лучше.

Тлахтга прошипела ответ и кивнула.

— Вещи моего отца могут убить королеву-ведьму, только магия волшебника это может. Я могу дать тебе карту, где их найти. Выкопай его нож и вонзи в сердце той ужасной женщины. Это ее убьёт.

— Договорились.