Читаем Бабья доля полностью

Потом, если будут, вопросы!…Идёт по планете апрель.Живёт в Волгоградемальчишка курносыйпо имени Витька-Фидель.Когда он родился, в апреле,над Волгой цвели деревца,и с дальней дороги,как птицы, летелик нему телеграммы отца.Навстречу последнимтаёжным метелямнеслась за строкою строка:«Да здравствует Куба!И – только Фиделемназвать разрешаю сынка!»Знал Витькин отец и военные трубы,романтик и выдумщик был,и гордую землюпылающей Кубы,как нашу свободу, любил.Но Витькина мама, как все однолюбы,верна и упряма была,устало разжала счастливые губы,вздохнула, сказала:– Да здравствует Куба!И – Витькой сынка назвала!Чтоб всё, что в дорогахотцу примечталось,на свете не знало конца,чтоб билось, тревожилосьи не сдавалосьхорошее имя отца.Великие годы. Суровые годы.Рассвет за рассветом встает.Как маленький островЛюбви и Свободыпо городу мальчик идет.Он к Волге выходит,снимает сандалии.Волну прижимает к груди.И море, и бури,и дальние дали,и всё у него – впереди.…Июньское солнце.Июльские росы.А всё не проходит апрель…Живет в Волгоградемальчишка курносыйпо имени Витька-Фидель.1963

Гордость

Я по утрам, как все, встаю.Но как же мне вставать не хочется!Не от забот я устаю —я устаю от одиночества.Я полюбила вечераза то, что к вечеру, доверчиво,спадает с плеч моих жара —мои дела сдаются к вечеру.Я дни тяжёлые люблюза то, что ждать на помощь некого,и о себе подумать некогда.От трудных дней я крепче сплю.Но снова утро настаёт!И мне опять – вставать не хочетсяи врать, что всё – наоборот:что я устала – от забот,что мне плевать на одиночество.1963

«Мне приходилось слышать часто…»

Мне приходилось слышать частонепостижимые слова,что баба любит быть несчастной,что баба – муками жива.И не скупилась на ухабыдорога долгая моя,чтобы не раз обычной бабой —простой,обманутойи слабой —себя почувствовала я.Но всё упрямей с каждой мукой,не отрекаясь от тоски,овладевала я наукойлюбить свободу по-мужски!И вот не бабьей, новой властью,на волю вырвалась в пути!И уж ни счастья,ни несчастьяты мне не можешь принести.1963

Стихи о недовольстве

Перейти на страницу:

Все книги серии Народная поэзия

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы