– Федерация высоко ценит вашу работу, – официальным тоном произнес Коготь, а затем добавил в микроволновом диапазоне:

Удачи тебе, Паладин.

Боты загрохотали вниз по лестнице. Они были официальными представителями служб правопорядка, поэтому могли действовать в открытую. Возможно, они даже хотели, чтобы соседи узнали о поимке знаменитого пирата.

– Я получил координаты взлетной площадки, – сказал Элиаш Паладин, которая без какой-либо необходимости запирала дверь квартиры Фрэнки. – Отправляемся через тридцать минут. – Он переслал Паладин карту, на которой отметил вертолетную площадку в порту. До нее можно было дойти пешком.

В этот час на кривых улицах старого города было тихо и темно. Желтое свечение минарета Хассана II над низкими крышами делило горизонт на части. Паладин подумала о том, что с точки зрения человека контраст с этим идеально конструированным столпом света делает улицы еще более мрачными. Возможно, так и было задумано.

В порту стояло множество буксиров и рыбацких лодок, а прибой гасил длинный, изогнутый мол, построенный из огромных, переплетающихся друг с другом, бетонных опор. Кое-где спали люди под одеялами из непромокаемого хлопка; если они заметили Элиаша и робота, то не подали виду. Наконец, над мечетью к ним скользнул вертолет. Его двигатели были оснащены такими глушителями, что Элиаш и Паладин слышали только долгий, бесконечный вздох, который воздух издавал под ударами лопастей.

Элиаш и Паладин уселись в кабине, и вскоре Касабланка превратилась в сияющую корочку на краю огромного континента. Наконец Элиаш заговорил:

– Я предложил руководителю проекта, чтобы мы разделились и отрабатывали обе версии, которые нам дала Фрэнки. Я отправлюсь в Вегас и постараюсь выяснить что-нибудь про этого беглого раба. А ты можешь заняться лабораторией в Ванкувере. Ты уже много чего накопала про «Желчные таблетки» и, похоже, знаешь, с чего начать. – Он помолчал и взял Паладин за руку. Вертолетом управлял компьютер, и камер здесь тоже не было. – В Ванкувере большое сообщество автономных роботов, так что вот твоя легенда: ты – робот, который недавно получил автономность, и поэтому сейчас ищешь работу. Когда доберемся до базы, робоадмин снабдит тебя симулированным ключом автономности.

– В чем различие между симулированным ключом и настоящим?

– Срок действия симулированного ключа ограничен, – ответил Элиаш.

Когда они пошли на посадку, он сжал ее руку.

15: Скопируй свое тело

13 июля 2144 г.

За последние тридцать лет Муз-Джо изменился мало. Джек проехала мимо огромной статуи лося, стоявшей слева от шоссе у въезда в город, и свернула на узкие улицы, застроенные деревянными домами, украшенные модными «фишками» архитектуры другой эпохи.

В центре города располагалось несколько казино, а также спа, в котором семья Джек проводила рождественские каникулы. Этот спа, построенный более двухсот лет назад, являлся местной достопримечательностью. Зимой его древний бассейн привлекал к себе смельчаков, ведь из него, если проплыть под невысокой аркой, можно было попасть в горячую общественную баню. В детстве Джек обожала этот бассейн. Она ныряла в него с головой, а затем прыгала в воде, имевшей странный вкус, до тех пор, пока ее волосы не превращались в тонкую белую сеточку изморози и не начинали ломаться в руках.

Если не считать казино, то главной достопримечательностью Муз-Джо были подземные тоннели. Местная легенда гласила, что в начале XX века в них жили китайские рабочие-иммигранты. Эти безымянные мужчины и женщины жили и работали в темных подземных лачугах, стирали белье белых людей из прерий. Побывав на экскурсии в этих пыльных комнатах, Джек стала рассказывать малышам-одноклассникам о том, что ее прапрапрадедушка жил под землей.

Ее отец был потрясен, когда узнал об этом. Именно тогда он впервые подключил ее мобильник к семейному серверу и разрешил ей самостоятельно просматривать хранившуюся там информацию. Он показал ей, как найти фотографии, доказывавшие, что Чены приехали из Гонконга в Ванкувер, а позднее, в начале 2000-х, поселились в Саскачеване, спустя много лет после того, как люди покинули эти тоннели.

Интерес к тоннелям Джек не утратила даже после того, как нехотя смирилась с отцовской версией семейной истории. Она, уже взрослая, вернулась в Муз-Джо летом, после первого курса колледжа, вместе с компанией друзей, которые решили поработать волонтерами в археологическом проекте. В течение нескольких месяцев они аккуратно раскапывали участок под предназначенным под снос складом на Мейн-стрит.

Руководитель проекта получил грант на то, чтобы исследовать, – действительно ли тоннели выкопал контрабандист Аль Капоне во время «сухого закона» в XX веке. Поскольку большинство тоннелей обвалилось более двухсот лет назад, археологам пришлось долго и тщательно копать, создавать трехмерные изображения каждого слоя и тянуть повсюду кабели, так что постепенно место стало напоминать огромную энергосеть.