Читаем Авадон полностью

Дождик разошелся не на шутку, размыв глинистую почву пустыря в полужидкую грязь, и Лимек из опасения завязнуть остановил «Шкоду» на обочине проспекта. Сыщик выключил двигатель, и Петерсен сразу притих, вжавшись в сиденье. Слышно было только, как дворники елозят по стеклу.

Найди ребенка, сказала Камилла. Это очень важно.

– Пошли, – Лимек обернулся к Петерсену. Тот никак не отреагировал, и тогда сыщик выбрался из машины первым. Ссутулив плечи и подняв воротник тужурки, чтобы спастись от холодных капель дождя, Лимек обогнул «Шкоду» сзади, открыл дверцу и за шиворот выволок Петерсена наружу.

– Пошли! – рявкнул сыщик, сопроводив команду пинком. Петерсен слепо, как зомби, побрел вперед; Лимек, сунув руки в карманы, двинулся следом.

Вблизи детская площадка производила еще более убогое впечатление, чем издалека. Качели проржавели насквозь и покосились; у горки были сломаны ступеньки. В песочнице валялся полусгнивший труп крысы. А между горкой и песочницей была вырыта яма неправильной формы, окруженная навалами жирной глины. Дно ямы скрывала бурая жижа.

– Значит, так, – сказал Лимек, машинально вытаскивая сигарету. Он размял ее в пальцах (сигарета тут же намокла), скомкал в кулаке и бросил в яму. – Сейчас я буду спрашивать, а ты будешь отвечать. Если соврешь мне, или будешь изображать идиота, останешься в этой яме навсегда. Понятно?

Петерсен, нелепый в светлом плаще и черной шапочке, стоял, чуть сгорбившись, и смотрел прямо перед собой. Лимек попытался поймать его взгляд.

– Мне надоело, что меня все держат за болвана, – прошипел сыщик. – Ксавье, Залески, Шварц, Меерс... Теперь еще и ты!.. – Лимек выдержал паузу и продолжил вкрадчиво. – Тебе я мог бы поверить. Если бы не одно «но». Там, в психушке, ты отреагировал на имя Абель. Помнишь?

В ответ Петерсен закрыл глаза. Сыщик схватил его за лацканы и встряхнул так, что голова инженера мотнулась на тонкой шее.

– Кто такой Абель?! – рявкнул Лимек. – Отвечай, быстро! Ну?!!

Петерсен отвернулся, и тогда Лимек ударил его открытой ладонью, наотмашь, со всей злостью и страхом, накопившимися за последнюю неделю. Брызнула кровь из разбитых губ, ноги инженера подкосились, и он начал съезжать вниз, в яму, в грязь. Лимек попытался его выдернуть, но размокшая земля под ногами отвалилась целым пластом, и оба рухнули в бурую жижу.

Это стало последней соломинкой, переломившей хребет терпению Лимека.

– Кто! Такой!! Абель!!! – разъяренно заорал промокший до нитки Лимек, встряхивая Петерсена и с головой погружая инженера в воду. Петерсен оказался на удивление легким, будто мокрый плащ весил больше хозяина.

Потом Лимек пытался вспомнить, сколько он так орал и топил Петерсена в этой могиле: минуту? две? или полчаса?.. Лимек пришел в себя от холода. Дождь, превратившийся в ливень, изо всех сил барабанил по голове, по плечам сыщика, по поверхности воды, взбивая ее в мутное, словно бы кипящее месиво. Петерсен хрипел, придавленный коленом, и жадно ловил воздух разбитым носом и ртом. Лимек сполз с инженера и сел прямо в ледяную жижу, привалившись спиной к стене ямы. Петерсен перевернулся на живот, и его тут же вырвало.

– Кто такой Абель... – сорванными связками просипел Лимек. – Кто... такой... Абель...

– Это его сын, – сказал знакомый голос откуда-то сверху.

Ленц (а это был Ленц) стоял на самом краю могилы, безупречно элегантный в светлом плаще английского фасона, с раскрытым зонтиком в левой руке. Острые носы его лакированных штиблет были измазаны рыжей грязью.

– Вылезайте, Лимек, – Ленц протянул сыщику руку в лайковой перчатке. – Хватит барахтаться в этом дерьме.

С помощью Ленца сыщик выкарабкался из ямы, а потом они вдвоем вытащили Петерсена. Избитый и наглотавшийся жижи инженер скрючился прямо на земле, жалобно поскуливая.

– Сын? – переспросил Лимек, вытирая с лица грязную воду.

– Ну, или внук, – сказал Ленц, цинично усмехнувшись. – Это как посмотреть...

Ленц был ниже сыщика на полголовы, но умудрялся глядеть на него свысока. Может быть, благодаря тому, что Лимек вымок и вымазался, а Ленц оставался все тем же зализанным блондинчиком.

– Наш гениальный изобретатель прижил ребенка с собственной дочерью. Когда его жена об этом узнала, она покончила с собой, а дочь пришлось запереть в психушку, чтобы она не прыгнула в Бездну следом за мамашей. Ну, а Петерсен... Петерсен решил проблему сугубо инженерным способом. Построил волновой очиститель совести. С интересными побочными свойствами... Впрочем, полагаю, эту часть истории вам уже поведал доктор Меерс. Не правда ли?

Найди ребенка, опять вспомнил Лимек. Это очень важно.

– Где он? – спросил сыщик. – Где Абель?

– Мы не знаем, – покачал головой Ленц. – Инженер забрал его из приюта прямо перед своей эскападой с Фостом.

– Чем? – не понял Лимек.