Ртищев терпеливо ждал, зная, что ждать недолго, — порой на царя находил стих сыграть после обеда в шахматы. Причём Грозный всегда выбирал белые фигуры…

Глава 6

БЫСТРОТА И НАТИСК

1

Рабочий день в здешнем офисе «Уральского Чуда» завершался в шесть часов вечера. Но я позвонил Жеброву на два с лишним часа позже, уверенный: никуда он не уехал, сидит на месте, ждёт моего звонка… И хотелось бы надеяться, что долгое бесплодное ожидание не пошло ему на пользу, что экс-чекист занервничает, сделает какую-либо ошибку…

— Сергей? — сказал Жебров, едва сняв трубку. Утверждения в его тоне было больше, чем вопроса.

Ладно, автоматическим определителем номера никого ныне не удивишь… Но фокус состоял в том, что звонил я не из унаследованной квартиры — с улицы, с трехсотметрового расстояния от тёткиной хрущёвки. Телефоны с «базой» и переносной трубкой — тоже весьма полезные приспособления.

— Сергей, Сергей… — подтвердил я.

— Слушаю вас внимательно, — Жебров явно предоставлял мне инициативу в разговоре.

— Я поразмыслил и решил принять ваше предложение. Насчёт продажи квартиры. Со всеми шкафами, шифоньерами, чемоданами…

Вот так. Словно и не было ночного визита и пришпиленной к столу визитной карточки. Не интересует студента Рылеева девушка Эльза. Вернее, двести тысяч долларов интересуют куда больше…

— Как и когда мы сможем оформить сделку? — настойчиво спросил я. — У меня, честно говоря, есть и другие покупатели на примете…

Сработает или нет? Если за тёткиным домом наблюдают — Жебров наверняка уже получил информацию, что я двадцать минут назад вошёл в подъезд, влача огромнейший чемодан. А вот про мою эвакуацию через окно пустующей квартиры на втором этаже он едва ли догадывается.

После короткой паузы прозвучал ожидаемый ответ:

— Рабочий день уже закончился, Сергей, а денежные вопросы я единолично не решаю… Попробую связаться с финансовым директором. Оставайтесь у телефона, я перезвоню в ближайшие полчаса.

— Жду.

Запиликал отбой. Ждать я не стал — нельзя было терять ни минуты. Но и от телефона не отлучился — трубка так и оставалась в кармане, пока я торопливо пересекал два двора и садился в притаившийся за какими-то сараюшками «уазик». Не успел завести двигатель — ожила портативная рация. Единственное кодовое слово Скалли подтвердило — все наши расчёты оправдались. Жебров купился…

Я торопливо покатил в сторону «Уральского Чуда».

2

События, ставшие следствием телефонного разговора, воочию наблюдать мне не довелось. Жаль, зрелище того стоило…

Дело происходило так.

Спустя десять минут после того, как Жебров повесил трубку, к тёткиному дому подкатили две машины: знакомый мне «Паджеро» и «Форд»-микроавтобус. Как и ожидалось, экс-чекист сделал выводы из моей стычки с «богатырями» у «Заимки» — из машин выгрузились аж восемь человек. Во главе с самим Михаилом Аркадьевичем. Была там и троица амбалов-богатырей (Добрыня бережно пестовал загипсованное запястье), были люди менее внушительных габаритов. К дверям подъезда они даже не успели направиться, кое-кто ещё вылезал из салонов, когда раздался странный звук — свист, затем удар твёрдого о твёрдое…

Крыша микроавтобуса украсилась огромной вмятиной. В центре вмятины гордо возлежала половинка кирпича.

Изумлённая пауза тянулась недолго, кто-то лишь успел начать матерную тираду — и не закончил. Кирпичи посыпались градом. Сверху, с крыши пятиэтажки.

Стрельба велась в основном по машинам, но отдельные шальные снаряды попадали и по стоявшим рядом людям. Одному из бойцов кусок кирпича угодил в плечо, другому рассёк щёку, отрикошетив от «Паджеро».

После короткого оцепенения Жебров отдал команду — и его орлы рванули к парадной с высокого старта. Сам шеф предусмотрительно остался сзади, задрал голову, пытаясь высмотреть неведомых стрелков — точнее говоря, метателей. Не преуспел ни он, ни его подчинённые. Разглядеть кого-либо под таким углом оказалось невозможно, мешал обрамляющий крышу высокий поребрик. К тому же вглядываться Жеброву было некогда, приходилось уворачиваться от новых и новых снарядов — правда, в сторону машин летели они теперь пореже.

Зато бойцы натолкнулись на настоящий заградительный огонь. Кирпичи сыпались прямо-таки градом у самой двери. Вероятность разминуться с ними была ничтожна, желающих испытывать своё везение не нашлось… Вернее, нашёлся один — мой старый добрый знакомец Ильюша Муромец. Не иначе как страстно желал поквитаться за купание в ручье и за поражение у «Заимки».