Читаем Аутодафе полностью

Настораживала манера старого хрыча держать пистолет — небрежно-уверенная, профессиональная. Ничего похожего на интеллигента, впервые взявшего в руки боевую железку. Кисть не напряжена — не стискивает пистолет так, что белеют костяшки пальцев. И рука не поднята, не вытянута на уровне глаз — всё правильно, тщательно целиться при стрельбе на таких дистанциях незачем. Локоть полусогнут, даёт дополнительную точку опоры. А ещё — старичок не сделал ошибки дилетантов, наивно уверенных, что страшнее всего для противника пистолет, вплотную приставленный к организму. Пугаться тут нечего, а отобрать куда удобнее… Стоял он в трёх с половиной метрах от меня и не делал попыток приблизиться. Хватит времени среагировать на любое резкое движение. В том числе на попытку нырнуть в кусты или выхватить оружие…

В общем, меня угораздило напороться на матёрого профессионала, дожившего до преклонных лет.

Не знаю уж, какие выводы сделал старик из созерцания внешности Сергея Рылеева. Но кивнул головой с видимым удовлетворением. И убрал «парабеллум» с прямой линии, соединявшей мушку, целик и мою голову. Не слишком далеко, впрочем, убрал.

— Кто такой? — спросил старый волк коротко и деловито. Я тремя фразами изложил легенду студента Рылеева. Он растянул губы в усмешке. Зубы оказались как на подбор — ровные, белые, наверняка вставные…

— Ну-ну… — прокомментировал старик мой рассказ.

Не поверил. Да и то сказать — оказавшийся под прицелом мирный студент наверняка совершит массу ненужных движений и произнесёт массу ненужных слов. Прокололся агент Хантер, прокололся… Но больно уж всё неожиданно получилось.

— Коллега Юрия, что ли? — продолжил допрос владелец «парабеллума».

И это вычислил. Напрасно, дедушка… Контора ох как не любит граждан, сующих нос в её дела.

— Пытался устроиться в школу, — не стал я лукавить. — Не взяли… Своих учителей девать некуда..

Он вновь продемонстрировал свою голливудскую улыбку. Опять не поверил…

Ну всё, достаточно. Ещё один подобный вопрос — и придётся проверить, как сохраняются рефлексы в таком почтенном возрасте. Отпрыгнуть в сторону, выхватить револьвер… Но старик не стал продолжать расспросы. Заговорил резким командным тоном — словно имел полное право приказывать агенту Хантеру:

— Слушай внимательно. Один ты тут не справишься. Прихлопнут как муху. Скликай своих на подмогу. Причём по всем каналам, какие знаешь. Где-то у вас сидит крыса. Может, и не одна. Юра попытался вызвать помощь — двух дней не прожил.

Он замолчал. Я тупо пытался осмыслить груду информации, уместившуюся в нескольких скупых фразах.

Что старик знает о существовании Конторы — не моя, в конце концов, забота. На то безпека и существует — пресекать возможные утечки информации. Моя задача — выжать из неожиданного источника как можно больше сведений. И не забывать при этом, что всё происходящее вполне может оказаться хитроумной проверкой той же безпеки…

— Не совсем понимаю вас… — обтекаемо сказал я. — Кто «прихлопнет как муху»?

— Ещё не понял? — Старик кивнул в направлении разгромленного домика.

Я совершенно искренне пожал плечами. Старик, казалось, на мгновение заколебался. Потом сказал:

— Ладно… Коли ты тот, за кого я тебя принимаю, и тебя не прислала ваша крыса… Приведёшь подмогу — отдам свой архив. Если эти раньше до меня не доберутся.

Он вновь кивнул — на сей раз в направлении реки.

— А если доберутся? — я наконец перестал играть роль студента. — Может быть, рискнёте и сразу объясните, в чём дело?

— Если да кабы… Тогда к тебе придёт человек и передаст чемодан. Скажет — от Синягина. Это я.

Сдаётся мне, никогда этакий матёрый волк не ляпнет ничего с кондачка, не подумав… Или фамилия вымышленная, или он специально предлагает Конторе прокачать по своим каналам, кто же такой на неё вышел… Но зачем?

— Как я узнаю вашего человека?

— Узнаешь, — отрезал старик. — Всё, пора расходиться. Поворачивайся обратно. И не пытайся потом играть в Джеймса Бонда со своей пукалкой.

Я послушно выполнил поворот на сто восемьдесят градусов. Интересно, как старикан намеревается незаметно исчезнуть? И оторваться от слежки, если мне придёт в голову ею заняться? Со своей пушкой он управляется профессионально, не спорю, но едва ли способен соревноваться с молодёжью в беге по пересечённой местности. Надеюсь, старому не придёт дурная идея завершить беседу ударом по моему затылку…

Затылок остался в неприкосновенности. Сзади затрещали ветви — и всё. Я обернулся. Синягин ушёл. Судя по медленно удаляющемуся треску — совсем недалеко. Машинально я сделал несколько шагов в заросли, следом за ним, всё ещё сомневаясь, стоит ли затевать преследование.

Какое-то движение сзади я скорее ощутил шестым чувством, чем услышал, — и тут на мой затылок обрушился-таки удар…

13

Сознание я не потерял. Просто уткнулся лицом в траву и на некоторое время утратил интерес ко всему на свете… В том числе, к вопросу: кто же меня так приласкал и куда уходит Синягин.