Читаем Атлантида[СИ] полностью

Так я им рассказывал, наверное, минут тридцать, потом понял, что на это может уйти не один день. И тут у меня возникла идея попробовать передать узнанную мной информацию Максу и Лире таким же способом, как узнал ее и я, то есть переместить данные непосредственно в их сознание, мозг. А что, может и получится, ведь, сколько способностей я у себя уже обнаружил. Вдруг и это сработает?

Я прекратил рассказывать и попросил их сесть поудобнее. Кто знает, что может произойти при передаче знаний. В любом случае, лучше подстраховаться.

— Рассказывать то, о чем мне стало известно очень долго. На это может понадобиться не один день. Так что я решил попытаться передать вам эти знания непосредственно в ваше сознание, в ваш мозг. Полагаю, так будет быстрее. — объявил я им.

— А это не опасно? — задала вопрос Лира, заставив меня задуматься над тем, что я собирался только что сделать.

— Н–н–нет, думаю, нет. Не должно это быть опасным. — Набираясь уверенности, ответил я ей, и добавил. — Больно тоже не будет, так что успокойтесь. По крайней мере, я боли не испытывал, когда вел сканирование данных с табличек. Так что все должно получиться.

— Ну, приступим. — начал я их инструктировать. — Возьмите друг друга за руки и дайте мне свои.

Я несильно сжал их протянутые руки своими, рассчитывая таким образом улучшить контакт между нами. Ведь я совсем не представлял, что конкретно надо делать в подобных случаях, поэтому, в основном, действовал наугад.

— Теперь расслабьтесь, закройте глаза, уберите из своего сознания все мысли, которые сейчас у вас есть. Пусть там у вас будет пусто. Слушайте образовавшуюся тишину. — продолжал я свои наставления. — Теперь я передам вам информацию, а если кто почувствует что–нибудь неприятное, тут же дайте знать об этом, и мы прекратим процесс.

— Ладно, заметано, — почти одновременно ответили Макс с Лирой.

Они откинулись на спинки стульев, на которых сидели, и закрыли глаза. Я тоже закрыл глаза, выровнял дыхание и представил себе всю информацию: в тексте, картинках, чувствах, ощущениях. Осмыслив и упорядочив все данные, начал их «проецировать на экран» как кинопроектор, представляя при этом, что данный экран является сознанием каждого из них, и, что отображающаяся на экране информация «оседает», «фиксируется» в их разуме.

Я, честно говоря, и понятия не имел, как передается информация подобным способом, и возможно ли это вообще в принципе, поэтому использовал первый, пришедший мне на ум способ, полагая, что так они ее тоже воспримут и осознают.

Более не отвлекаясь на размышления о выборах способов передачи данных, я прокручивал все новые и новые картины, чувства, ощущения, факты и проецировал их вовне, на мнимый экран, словно кинопроектор.

Спустя некоторое время, может пару минут, а может и пару часов, я сам уже было, собрался прекратить передачу информации и открыть глаза, как вдруг меня вынудил это сделать восторженный и одновременно удивленный возглас Макса.

— Здорово! И ты все это узнал таким же способом?! Так же быстро?! Вот это да! — продолжал он восклицать. Лира тоже открыла глаза, и, глядя то на меня, то на Макса, вдруг начала лукаво улыбаться, явно на что–то мне указывая.

Я поначалу не понимал в чем дело, и почему она так себя ведет, но, глядя на, Макса все понял, и осознал причину улыбки Лиры. Аура Макса тоже стала светиться, отливая красным и розовым оттенками, как и у самой Лиры. Я улыбнулся в ответ, тем самым, показывая Лире, что все понял. Макс все это заметил, как мы не пытались скрыть от него свои действия, и занервничал.

— Что такое происходит? Почему это вы улыбаетесь? Да не смотрите на меня так, а объясните, в чем собственно дело! — выпалил он, уже посерьезнев, и попытался встать со стула, вытянув вперед одну руку для удержания равновесия. Но от неожиданности, потеряв на мгновение дар речи, Макс бухнулся обратно на стул, и стал сосредоточенно рассматривать свою руку, а затем и все свое тело целиком.

Мы с Лирой засмеялись, глядя на Макса.

— Что это за свет? Что со мной происходит? Я что умираю? Что это…? Откуда он…? — почти скороговоркой от испуга и возбуждения затараторил Макс, осыпая нас вопросами и запинаясь на каждом из них.

Лира, решив более не продолжать панику Макса, спокойным голосом начала объяснять ему, что это за свет и какова его истинная причина. Максимилиан вроде бы начал успокаиваться, все еще с интересом рассматривая себя, свою ауру, а мы с королевой некоторое время смотрели на него, улыбаясь.

— И что, я теперь постоянно буду светиться? Так же как и вы? — спросил нас Макс, закончив, наконец, себя рассматривать.

— Возможно, — спокойно ответил я. — А что, свет причиняет тебе какие–либо неудобства?

— В общем–то, нет. Просто странно видеть себя таким вот образом. — пояснил Макс Говард.

— В этом ничего страшного нет, привыкнешь со временем. И тебе даже понравится. — радостно ответил я ему, успокаивая и ободряя. — Пусть пройдет время. Просто пока не думай об этом. И, главное — не бойся.