Читаем Астровитянка полностью

Пауза затянулась минут на десять, в течение которых директор нервно лил в пересохшее горло воду, стакан за стаканом. Никки уставилась в окно и напряжённо молчала, вслушиваясь во что-то беззвучное. Её пальцы слегка подрагивали, словно двигаясь над невидимой клавиатурой.

На экране внезапно появилось волевое красивое лицо моложавого горбоносого мужчины с чёрными, коротко стриженными волосами.

– Директор Милич? – Голос мужчины был сердит и отрывист.

– Ваше величество… кхм… Я принял решение о немедленном исключении из Колледжа виновника травмы вашего сына… вернее, виновницы… э-э… мисс Никки Гринвич, присутствующей здесь, – и директор повернул голову в сторону Никки.

Король Дитбит бросил быстрый взгляд на Никки и снова повернулся к директору.

– Вы что – смеете издеваться надо мной? – шипящим змеиным голосом спросил он. – Мой сын, атлет и боксер, попал в госпиталь с травмой от сильнейшего удара по корпусу, и вы утверждаете, что его ударила эта девочка-инвалид?

– Э-э… – втянул голову в плечи директор Милич, и его нимб обвис.

– Я могу показать, как это произошло, – звонким голосом сказала Никки, и сейчас же в нижней части экрана с лицом короля появился квадрат с физиономией Дитбита Младшего, и раздался его ироничный голос: «А-а! Вот и знаменитая Никки Гринвич! – Его приближающееся лицо ехидно улыбалось. – Давно хотел поблагодарить вас, мисс Гринвич, за то удовольствие, которое вы мне доставили на экзамене! А уж ваше интервью на следующий день… нет слов выразить свои чувства!» Робби, объектив которого имел угол зрения гораздо больший, чем глаза Никки, исправно показал не только как Дитбит Младший открыл ей двери, но и как он схватил её коляску сзади, поднял на дыбы и с силой толкнул вперёд. Изображение заплясало и замерло на картине растянувшейся на полу Никки. Звуковой фон составили издевательские слова и смех Дитбита с друзьями-Драконами.

Директор в ужасе схватился за голову, но старший Дитбит лишь слегка нахмурился и продолжал внимательно смотреть запись, при этом он сказал что-то кому-то за экраном, но звук его голоса был отключен. На экране появилась Никки, взявшая из рук Изабеллы яблоко и бросившая его, правда, изображение на последних кадрах двигалось заметно медленнее, чем это было на самом деле, но никто этого заметить не мог. Потом на экране появились кадры, где смеющийся принц Дитбит внезапно сложился пополам и рухнул на Драконов.

При виде этого зрелища брови старшего Дитбита поднялись так высоко, что он даже стал похож на обычного человека, а не на громовержца, управляющего планетами.

Видеозапись остановилась на том, как Дитбит Младший уютно свернулся клубочком на полу.

– Вы понимаете, мистер Дитбит, – сказала Никки, – что эта запись будет показана на первой же моей встрече с журналистами, которые захотят узнать, почему…

В это время король Дитбит слушал кого-то ещё, наклонив голову в сторону, и не обращал внимания на слова Никки.

– Вы – Никки Гринвич со «Стрейнджера»? – бесцеремонно перебил он её.

– Да, – удивлённо ответила Никки.

– Вы специально делали эту запись? – резко спросил мистер Дитбит.

– Нет, просто мой компьютер Робби всегда со мной, и он записывает всё, что происходит вокруг меня.

– Директор Милич! – вдруг обратился Дитбит к директору, с этого момента полностью игнорируя Никки.

– Да, ваше величество? – робко сказал директор.

– Снимаю всякие претензии в ваш адрес, – властно произнёс король. – Не нужно никаких исключений или шумихи. Готов рассматривать этот инцидент как детскую шалость. Он исчерпан. Позаботьтесь о том, чтобы мисс Гринвич не устраивала публичных скандалов вокруг происшедшего – как попечитель Колледжа, считаю, что это не принесёт пользу Школе. Если она ослушается, исключите её за неподчинение распоряжениям администрации школы, а не за драку с моим сыном. Вы согласны?

– К-конечно, ваше величество… – пробормотал ошеломлённый директор.

И Дитбит исчез с экрана, так и не посмотрев больше на Никки. Директор сидел, отдуваясь и приходя в себя.

– Ваше счастье, мисс Гринвич, – обратился он облегчённо к Никки, – что король Дитбит оказался… так миролюбив… Я отменяю решение о вашем исключении и предлагаю предать забвению этот прискорбный инцидент… У вас нет возражений? Вы можете обещать мне не распространять эту… ужасную запись?

– Конечно, – с не меньшим облегчением отозвалась Никки, – я ведь должна беречь честь Колледжа… пока я его студентка, – вполне определённо закончила она свою мысль.

Когда она выбралась из Главной башни, уже наступило время обеда. Встревоженный Джерри ждал её на полянке в парке, и она быстро успокоила его. Он, счастливый, засмеялся и с огромным энтузиазмом пожал её руку.

– Я так боялся, что нас выгонят из-за этого ублюдка. – Джеррино лицо сияло. Он даже и мысли не допускал, что останется в Колледже, если Никки исключат.

У самой Никки искренняя радость от удачного разрешения ситуации смешивалась с неприятным ощущением, что всё получилось так легко только по не известной ей причине.