- Дорогая, вот видишь, он - псих. Я же говорил. Теперь ты мне веришь?
- Да, да! Я верю тебе! Прости, что я в тебе сомневалась.
- Я убью тебя! - воскликнул Воннел, нажал на спусковой крючек и помещение озарила вспышка, слишком яркая для простого бластера.
Грейс бросилась к Питеру, прикрыв его собственной роскошной грудью.
- Неееет! - воскликнул Питер, подхватил ее обмякшее тело. Прижал к себе. Она была еще жива. Она протянула к его лицу дрожащую руку. Их взгляды встретились.
- Питер! Питер! - зашептала она, - Просто поцелуй меня прежде чем я умру.
"Дело сделано", - подумал Воннел и потерял сознание. Возможно, от стыда.
═
Время растянулось, превратившись в бесконечно длинную ковровую дорогу. Она уходила вниз, в центр амфитеатра. Нина и Боузер спускались.
Шаг, еще шаг. Киборги не шелохнувшись смотрят вниз. Лица некоторых из них почернели от времени. Кое-где из под истончившейся кожи поблескивал металл. У некоторых не хватало рук. Один из киборгов, в костюме дворецкого, держал на коленях собственную голову. И эта голова провожала путников взглядом. Куклы.
"Они все - его куклы", - думала Нина, - "Черт побери, откуда он достал их в таком количестве, как они согласились сюда прийти, почему они мне не помогают, чего они ждут?" И следующая мысль: "Мы все - его куклы. Всё так и задумано, исчислено, взвешено, разделено. Он просчитал всё. Боже, мы идем в ловушку".
Она увидела ту маленькую девочку в белом платье, что принесла ей Коломбину.
"Мы были вместе всегда. Мы, киборги, держались друг за дружку, помогали, доставали детали, устраивали на работу, просто встречались за кружечкой масла. У нас была вера. И вот что с нами стало. Меня ведут на заклание и ни один из них не поможет. Или нет! Они убьют Боузера. А со мной сделают что-то такое, что-то ужасное, что я потом добровольно займу свободное место рядом с тем безголовым дворецким".
Она оглянулась, нашла безголового взглядом и не удивилась, обнаружив рядом с ним свободное кресло. Дворецкий поймал ее взгляд и улыбнулся.
Еще несколько шагов, бесконечно медленных. Помещение словно наполнилось невидимым киселем. "Кажется, у меня совсем сдают нервы[7]", - подумала Нина.
На ее плечо опустилась рука Боузера. Он выглядел как всегда невозмутимым. Казалось, из них двоих, киборг именно он.
- Что-то ты совсем расклеилась, сестренка, - сказало он.
Дальше она смотрела уже только на него. Боузер держал ее под руку, и улыбался. Нина не заметила как ступеньки кончились. Они оказались в самом низу, на арене, под взглядами тысяч силиконовых глаз.
- Я не дам тебя в обиду, - сказал Боузер и поднял квазаромет.
═
Питер долго не решался выпустить Грейс из объятий. С большим трудом Воннел уговорил его выйти. Теперь они стояли вдвоем у парадного входа, недалеко от кустов акаций, так и не услышавших любовной лирики доктора.
- Даже не знаю как благодарить тебя. Я никому не говорил столько ужасных вещей, как тебе. Хотя именно ты спас мою жизнь.
- Ты уже извинился.
- Извиняюсь еще раз. И да, по вашим меркам я чертовски богат. Просто назови сумму и я найду ее для тебя. Рассчитывай на свое воображение.
- Оно у меня богатое, - честно признался Воннел.
- Ну, буду выплачивать постепенно.
- Две тысячи кредитов.
- Мне кажется, ты продешевил, друг мой.
- Хорошо, пять.
- Вот это ближе к истине. Сойдемся на десяти - за моральный ущерб и риск здоровью.
Воннел не впервый раз удивился как быстро может измениться человек (нечеловек), как только получит желаемое. Не смотря на все сожаления, извинения и обещания, в интонации Питера сквозило нечто отеческое. Некто Дюррен сравнил бы его с героем Брандо. Казалось, еще немного и Питер начнет похлопывать доктора по плечу и давать советы.
- Мне надо идти.
- Может, останешься? Еще на часок.
- Я бы рад, но кое-кому нужна моя помощь.
- О! - Питер воздел указательный палец, - Секунду!
Затем он вошел, пошуршал чем-то у двери и вернулся с красочной коробкой.
- Это тебе.
- Не стоит, право.
- Нет, нет, это не от нас. Кажется это передал кто-то из твоих. (ЧЕРТ КАК У ВОННЕЛА ОСТАВИЛИ КОММУНИКАТОР ЕСЛИ ЕГО ВЫКРАЛИ?! МОЖЕТ ГРЕЙС ПЕРЕДАЛА?! (?))
Воннел осторожно взял коробку.
- Не волнуйся. Охрана проверила - это не бомба.
Тогда Воннел быстро и нервно разорвал бумагу, открыл коробку и увидел на ее дне куклу. Одежда ее была белой, а деревянное (черт, кажется, настоящее дерево!) лицо было покрыто белым гримом, на котором черными каплями блестели слезы. На кукле был дурацкий белый колпак и белое жабо (Воннел назвал это воротником).
- О, да это же Пьеро! - воскликнул Питер.
- В смысле?
- Пьеро. Древняя театральная кукла.
- Снова этот ваш чертов театр...
- Нет, театр как раз таки ваш, - Питер протянул руку и коснулся пальцем грустного кукольного личика, - Совсем как я еще сегодня утром. Правда?
- Да нет, пожалуй, это я.
═
Он вылез из суфлерской будки. Маленький толстый человечек, в клетчатом пиджаке встал во весь свой небольшой рост, отряхнулся и поднял правую руку. Тот час к нему подскочили два киборга, поднесли кресло. Человечек сел, откинулся на спинку и заговорил.