— Нет! Ты это специально, что ли? — возмутился Гном. — Повеселее-то ничего не мог?

— Я же предупреждал, что сегодня не в форме, — парировал я. — Не в настроении веселиться.

Тот только зло сплюнул в ответ. И в самом деле, чего это я так завелся? Гном-то здесь при чем? Не он же эту девчонку на позицию загонял и заставлял стрелять! А что убил, так если бы не он ее, так она бы всех нас с превеликим удовольствием перестреляла. Только что до пьяной башки дошло: она потому и не стреляла по солдатам, что ей нужен был тот, кто виновен в смерти кого-то из ее близких. К примеру тех, кто пострадал при взрыве машины, а может и ликвидированный мною торговец оружием. Ясно, что сделали это не бойцы Виктора. Женькины парни просто не подставились, потому и продолжалась эта стрельба, чтобы еще раз попробовать отомстить. Думаю, что о моей причастности снайперша даже и подумать не могла. Хотя кто ее знает, какой информацией обладала? Сейчас уже не спросишь… Да и все равно кто-то должен был погибнуть. Тут уж одно из двух — или она, или кто-то из нас.

— Простите, парни, — извинился я, — не знаю, что на меня нашло. Был неправ, наверно, сильно устал за эти дни. Хотите, что-нибудь повеселее сбацаю?

— Да ладно, — ткнул меня Серега в плечо кулаком, — иди уже отдыхать. Потом как-нибудь исправишься. Глядишь, доведется еще с Витьком встретиться. Может, он к нам заявится. Как, Витя, после своей командировки приедешь в Энск? В отпуск? Тогда тебе Жора что-нибудь повеселее сыграет…

— Раз приглашаете, отказываться не стану. Только сами понимаете, столько времени дома не был. Что на это скажет благоверная? Разве что вместе с ней? Примете?

— Какие проблемы? — снова ответил Гном. — Где остановиться — найдем. Приезжайте вместе…

Часть 5. Дьявол в черном

…Ночью снилась какая-то ерунда. Понятно, что навеяна предыдущими событиями… Я почему-то находился в поле один, на месте Гнома старательно пытался подловить снайпера… В поле зрения прицела неожиданно возник, увеличиваясь в размерах, лохматый силуэт головы. Не колеблясь, плавно вдавил спусковой крючок… Подойдя, перевернул отделившийся напрочь шарообразный предмет, а там… лицо моей Наташи, прошептавшее посиневшими губами: «За что же ты меня так, любимый?»

Встал совершенно разбитый, во рту как будто кошки нагадили… Сборы прошли, как в тумане, делал все на автомате. Друзья, видя что со мной творится что-то неладное, поначалу пытались разговорить. Потом, улучив момент, Гном отозвал в сторону:

— Жора, что с тобой такое случилось? Вчера какую-то несуразицу нес. Сегодня как будто сунули тебя куда-то. Ходишь, как в воду опущенный…

Сначала хотел ответить резкостью, но потом взял, да и высказал ему все, что наболело, не утаил и ночной кошмар… Серега внимательно меня выслушал, сочувственно кивая, ткнул ку лаком в грудь, но затем обнял за плечи…

— Жалеть тебя, блин, и гладить по головке не собираюсь. Ты не пацан мелкий. Возьми себя в руки! Думаешь, мне легко было, когда я эту девку увидел? Да ты еще, блин, после добавил… Пойми только одно: это война. Не ты, значит — тебя. Если решил отказаться от своей затеи, это твое личное дело. Мы с Пулей для себя уже все решили. Все равно пойдем до конца, даже без тебя. А ты можешь продолжать размазывать сопли, жалеть себя. Только это ни хрена не поможет, жену и сына тебе не вернет. В конечном итоге, сопьешься в одиночестве, как последний… Тебя больше устраивает стать бомжом, чем отомстить? Не смею мешать. В этом случае мы с Пулей тебе не попутчики! Решай, с кем ты?

Зло сказал, но совершенно справедливо. Действительно, хватит сопли распускать. Друзья за меня в огонь и воду готовы, а я? Если оторвусь от них, замкнусь в самом себе, раскиснув, картина, описанная Серегой, из предположений запросто может воплотиться в реальность. Жизнь закончу алкашом где-нибудь в подворотне. То-то будут рады те, кто лишил меня родных. И вообще! Я же боевой офицер, а не институтка какая-то…

— Извини, Гном! Наваждение какое-то. Увидел эту девчонку, в голове же сразу образ Наташки. Да еще и то, что беременной оказалась, тоже сыграло. Конечно, я с вами. Пойду до конца…

— Тогда какого лешего расселся? Арбайтен, камрад! Пора сваливать отсюда, пока окончательно не опалились.

— Пошли. И спасибо тебе!

* * *