Читаем Армагеддон. 1453 полностью

Грант поднял кувшин. Будь у него брови, они бы тоже поднялись, поскольку его лоб вопросительно наморщился. Григорий подумал о еще одном глотке. Два уже позади, на вкус отлично. Но тут в комнату ворвался мужчина, почти такой же грязный, как шотландец.

– М… м… мастер, – произнес он. – Они близко.

– Так скоро? Ну, вряд ли они будут здесь прямо сейчас… – Грант неохотно поставил кувшин. – Но на всякий случай, Ласкарь, прикажи своим людям спускаться и ждать здесь, поближе к нам. Пусть дышат, пока могут.

Григорий торопливо миновал разрушенный подвал и поднялся по лестнице.

– Пора! – крикнул он и услышал, как приказ передали и воины начали собираться.

Ласкарь спустился обратно в каменный зал и увидел шотландца с киркой в руке, стоящего у сейчас открытой двери, которая вела в глубокую тьму. В свете факелов блеснули зубы.

– Добро пожаловать в Аид, – сказал Грант.

– Должен ли я дать тебе монету, Харон, за переправу моей души? – пробормотал Григорий, шагнув во тьму.

– Там увидим. Ты можешь выжить, если будешь внимательно слушать.

Говоря, Грант шел вперед, Григорий за ним. На первых шагах он поскользнулся, поскольку ровный пол неожиданно сменился уклоном. Потом он понял, что может видеть, ибо каждые пять шагов висели факелы; их мерцающий свет падал на земляные стены, потолок и деревянные подпорки, поддерживавшие его. Туннель был узким и достаточно низким, чтобы почувствовать себя неуютно, и Григорий вдруг понял, что мечтает о корабле, на который поклялся больше не ступать, об открытом пространстве его палуб. Потом галерея выровнялась, стала шире. Они вышли в камеру, где можно было выпрямиться во весь рост, а вытянутые руки не доставали до стен.

Камера заканчивалась земляной стеной, и человек, позвавший их, сейчас прижимался к ней ухом.

– Они… с той стороны? – прошептал Григорий, положив руку на рукоять короткого меча.

Грант, рассмеявшись, ответил нормальным голосом:

– Можешь не шептать. Они нас пока не слышат.

– Откуда ты знаешь?

Джон показал пальцем:

– Отсюда.

Григорий проследил за пальцем. На небольшой полке, оставленной в земляной стене, лежал маленький – с такими играли дети – барабан.

– У вас еще хватает времени на музыку? – спросил он, не в силах удержаться от шепота.

– Неа, парень, посмотри как следует.

Григорий нагнулся.

– Видишь камушки на барабане? Видишь, как они подпрыгивают?

Ласкарь кивнул.

– Они подскакивают от каждого удара сербской кирки по ту сторону стены. Прыгают не слишком высоко… пока. Но скоро нам придется перейти от этих камушков к тем.

Он снял со стены факел, поднес ближе. Свет блеснул на других камнях, больших, воткнутых в землю.

– Когда первый из них выпадет, придет время не шептать, но молчать. Турки будут от нас в паре ударов сердца.

Сзади кто-то закашлялся, и Григорий обернулся. В узком проходе, в ожидании приказов, стоял его заместитель.

– Что мы должны делать, шотландец? – сглотнув, спросил Григорий.

Грант наклонился, рассматривая гальку на барабане.

– Хм, – сказал он уже тише. – Возможно, они немного ближе, чем я думал… – Выпрямился. – Делать? Сербские минеры копают там, думая, что у них еще есть немного времени, прежде чем они окажутся под нашим бастионом. Но они настороже, тоже опасаются контрмины, так что турецкие солдаты будут неподалеку. Они планируют подкопаться под нашу башню, подпереть стены деревом, а потом поджечь его, чтобы стена обрушилась, и башня вместе с ней. Мои люди будут делать то же самое у них – срубят крепеж и обрушат галерею.

Вновь блеснули зубы.

– А вам нужно будет держать турок подальше, шагах в пятидесяти, и удерживать их там, пока мы не справимся. Убейте столько минеров, сколько сможете, ибо они незаменимы… А, и прислушивайтесь к моему сигналу, – он вытащил из-под дублета маленький серебряный свисток, – пока размахиваете кинжалами. Мы не сможем долго удерживать землю.

– Сколько? – успел спросить Григорий, но тут человек у земляной стены прошипел:

– Мастер?

Григорий и Грант обернулись. Мужчина указывал на камень в стене. Тот вздрагивал, а потом вдруг выпал.

– Хм! Да. Быстрее, чем я думал, – прошептал Джон. – Зови своих людей.

Григорий повернулся, прошипел в проход команду.

Грант махнул рукой своему человеку. Тот перестал прислушиваться, схватил со стены факел и ударил им о землю, сбивая пламя и оставляя их в темноте. Григорий сделал все, что мог, – отстегнул со спины щит, взял его в руку, вытащил длинный кинжал, прислушался. Он слышал тяжелое дыхание людей, заполнявших темноту, внезапный страх, который заставлял глубже вдыхать густой и вонючий воздух. Затем залез рукой под нагрудник, оттянул с горла рубаху. Голова чуть кружилась, и Григорий нащупал стену, оперся о нее рукой. Сзади готовились к бою его люди. Пока…