Читаем Анна Каренина, самка полностью

После того как желудки самцов были наполнены ослюнявленной и пережеванной в однородную массу пищевой протоплазмой, начался процесс медленного всасывания продуктов ее распада в стенки длинного трубчатого органа, расположенного в брюшине. Процесс всасывания происходил вне контроля коры головного мозга, полностью освобождая ее для более важных дел, например, поиска приятных ощущений. Однако самцам, которые вышли из помещения для харчевания, было не до развлечений: для того чтобы в будущем иметь универсальные единицы эквивалента ценности и обменивать их на приятные эмоции, им сначала нужно было поделать некоторые дела.

Рахметову требовалось перед отъездом заскочить в два места. Родиона он решил взять с собой, чтобы использовать в качестве бесплатной носильной единицы. После недолгого плутания по извилистым пространствам между жилищами Рахметов оставил юного самца на углу, а сам проник во входное отверстие здания. Это было массивное многоуровневое сооружение. На каждом из уровней в отдельных загончиках обитали разумные особи, которые расплачивались за нахождение в этих замкнутых пространствах с хозяином обиталища.

Будучи по происхождению мигрирующими стадными существами, не знавшими дома, разумные особи в процессе социальной эволюции пришли к столь острой необходимости в жилище, что потеря стационарного пристанища стала считаться одной из самых больших трагедий, причиняющих большие страдания чувствилищу. И социальная эволюция чем дальше, тем больше закрепляла эту привязанность к жилью необходимостью где-то складировать накапливаемые предметы, коих производилось все больше и больше.

Рахметов поднялся на четвертый уровень. Просканировав подвижные загородки, предохраняющие входные отверстия в индивидуальные закутки от несанкционированного доступа нехозяев, он идентифицировал нужный знак и фалангами манипуляторов постучал в деревянную панель.

– Кто там?

– Э-э… Простите, не у вас ли продается славянский шкап?

– Чего?!

– У вас! Продается! Славянкий! Шкап!!!

Панель со скрипом повернулась, освобождая проход, и Рахметов увидел невзрачную личность, трудно поддающуюся описанию.

– Толстая дверь, плохо слышно, простите, – личность отступила в глубь жилого пространства, дав тем самым знак пришлой особи, что проникновение в жилище санкционировано. – Всем приходится кричать! Из-за этого все соседи уже знают пароль. Даже спрашивали меня, не открыл ли я производство мебели на квартире… Чаю будете?

– Нет. Меня ждут на улице.

– Как хотите-с. Мне сказали, что я должен передать вам столько газет, сколько вы сможете унести. Вы парень крепкий, поэтому я сразу скажу: столько газет у меня нету. Отдам последние две большие пачки… Я так понимаю, что это наша первая, но не последняя встреча, поэтому стоит познакомиться. Как вас зовут?

– Моя фамилия Рахметов, – сухо представился вошедший.

– Прекрасно, просто прекрасно… А меня зовите «товарищ Азеф»… Держите, товарищ Рахметов. Вот ваши пачки…

Через некоторое время Рахметов вышел из здания. Согнутые фаланги манипуляторов обеих его передних конечностей удерживали два перевязанных тюка информационных носителей. Которые он тут же передал Родиону. Тот взял обе пачки, чувствуя некоторую несправедливость, но понимая, что высказывать свое мнение в данной ситуации было бы несколько неверно, поскольку самец, который шел сейчас налегке, во-первых, дважды кормил его протоплазмой за свой счет, а во-вторых, пригласил в перспективный бизнес. Так что лучше было нести груз и помалкивать.

– Сейчас заскочим еще в одно место, и в гостиницу, на боковую, – сказал Рахметов.

Попетляв немалое время по незнакомым мало-освещенным узким пространствам между возвышающимися блоками жилых сооружений, самцы подошли к очередному неприметному зданию. Здесь Рахметов, оставив молодую особь внизу с тюками, проник во входное отверстие и поднялся на второй уровень. Далее процедура повторилась – он, просканировав предохранительные панели, опознал среди них нужную и несколько раз произвел звуки привлечения внимания.

– Кто там?

– Кхгм, кхгм… У вас продается славянский шкап!!!

Панель моментально откинулась.

– Вы с ума сошли! Зачем так кричать! Весь дом завтра узнает, что здесь явочная квартира охранки. Это же уму непостижимо! Проходите быстрее. Сейчас я зажгу свет, а то не видно ни зги…

Мозг Рахметов послал несколько сигналов на сокращение мышц, и его ноги несколько раз дернулись, внеся туловище внутрь. Хозяин захлопнул поворотную панель, чиркнув, зажег свет, и Рахметов изумленно ахнул:

– Товарищ Азеф!

– Признаться, удивлен не менее… Только здесь я вам не товарищ. Чаю будете?

– Что?.. Ах, нет. Меня ждут, вы же знаете… Но… Но как такое возможно, черт побери?!

– Жизнь тяжелая. Приходится крутиться. Волка ноги кормят. Хотя кому я это объясняю… – Всплеснув руками, Азеф ушел куда-то в глубь жилого объема и через минуту вернулся с небольшим свертком. – Вот, держите, там все. Пользоваться умеете?

– Не вчера родился, – буркнул Рахметов, еще не отошедший от неожиданности.

– Мое дело спросить… Вам передали инструкции?