Читаем Анна Каренина, самка полностью

– Да не все ли равно? Быть может, это одно и то же? А вот скажите мне, любезнейший, если вдруг объявится человек, который будет ходить везде, собирать толпы, агитировать, раздавать прокламации, кружок вокруг себя организует, станет утверждать, что он мессия, избивать и выгонять торговцев свечками из храмов… Что тогда ваш департамент с ним сделает?

– Известно что – арестуем и закатаем в Сибирь или еще лучше – в дурдом.

– Это правильно. Гораздо умнее, чем распинать. Спрятал по-тихому и концы в воду – был тут у нас дурак, мол, да сплыл… Ну, а если окажется, что это на самом деле Спаситель предпринял вторую попытку?

– Ну, если Господь решит нас спасти, то, думаю, мой департамент его не остановит. Захочет всех спасти – спасет за милую душу, и не пикнешь!.. И в таком разе мессия в дом дураков не даст себя упрятать. Сотворит чудо да и все, возьмет и сквозь стену выйдет. Делов-то. Уж сам-то себя спасет, если всех спасти захочет.

– Да вот что-то не сумел он себя спасти в первый раз – загремел под суд, и всё на этом.

– Ну, тогда в этом был смысл, наверное. Замысел божий. И если у него сейчас будет замысел в дом дураков угодить, то пусть себе сидит. Кто мы такие, чтобы противиться божьей воле? Пихнем в палату номер шесть, пущай лечится.

– Что мне в вас нравится, так это, что весьма логично рассуждаете всегда, хотя и цинично… Но все-таки перед тем, как Спаситель наш будет вашими жандармами взят и упрятан в кутузку, мне бы хотелось с ним встретиться с глазу на глаз. Не то чтобы лавры Пилата не дают мне покою, просто любопытство разбирает. Обещаете?

– Да хоть сейчас, ваше величество!

– В смысле?

– Полно у нас по острогам да психушкам разных мессий сидит. Есть и такие, кто богами себя называют. А с Наполеоном не хотите встретиться?

Туловище вожака начало мелко содрогаться, издавая немодулированные звуки.

– Нет, любезнейший, Наполеон мне не нужен. Мой предок с оным встречался в Тильзите… А мне главное, чтобы вы Спасителя не упустили. Не прошли мимо, так сказать, божьей воли, по обеспечению порции страданий своему Сыну.

– Помните мой давешний тост, ваше величество?

– О том, что чужие страдания делают нас счастливее?

– Точно так-с.

– Я пересказал его матушке, она очень веселилась. А потом погрустнела и сказала, что мир сей несовершенен и уж там, в горних высях всем достанется удовольствий поровну.

– Ну, за тот мир Господь пусть отвечает. А мы с вами, государь, опекаем сей мир. И нам главное – сохранить его от смут и потрясений.

– И я рад, что вы это понимаете. – Опершись передними конечностями, государь распрямил нижние и, не оглядываясь, пошел в помещение с высокой температурой.

Самец внутренних дел вздохнул и направился за ним…

Вожак ареала не зря в последнее время участил встречи с субдоминантом, отвечающим за внутреннюю стабильность: он опасался смут и войн. И чутье не подводило матерого самца. В его ареале перепроизводство населения достигло критической величины – число молодых здоровых самцов перевалило за 25 % от общего числа особей, что для данного вида было весьма опасным пределом! Дело в том, что избыточная масса неприкаянных и агрессивных молодых самцов на протяжении всей истории вида закономерно коагулировала в войско, которое шло уничтожать войско другого ареала и само успешно уничтожалось им. Так происходила аннигиляция лишнего материала.

Иногда случались и внутриареальные вспышки взаимоуничтожения, когда критическая масса молодых самцов не шла завоевывать иные территории, а делилась по произвольному принципу на две части, которые вступали в аннигилирующую схватку между собой.

Упомянутый процент, характеризующий избыточное количество молодых самцов, был главным демографическим показателем предкризисного состояния. Необходимо отметить, что самцы всех видов во время гона отличаются повышенной агрессивностью, что связано с выработкой особого вещества – тестостерона. А у описываемого вида гон продолжался круглый год! Вид Анны принадлежал к тому редкому во Вселенной виду, у которого тяга к деторождению не просыпается периодически в самое благоприятное для размножения время года, а активна всегда. Это наложило на историю вида свой неизгладимый отпечаток: молодые сильные самцы были агрессивны постоянно, а самки метали потомство круглый год. Это весьма ускоряло социальную эволюцию через конкуренция социальных систем.

Как только ареал переставал обеспечивать потребности всех особей в пропитании, особи начинали взаимоуничтожаться, чтобы сократить свою численность до оптимальной и снизить экологическую нагрузку на среду. В древние времена бывали, правда, и другие варианты: избыточная масса выдавливалась на необжитые ареалы и осваивала их. Но после того как вся суша планеты была оккупирована особями одного вида, свободных пространств для мирного исхода уже не осталось.