Читаем Анна Герман полностью

Снова пан Анджей, оправившийся после болезни, начал "сколачивать" состав. Снова на это ушла уйма времени. И опять, по иронии судьбы, перед самым началом цикла концертов по залам столицы Анне объявили, что ее включили в группу, которая спустя неделю отправляется на гастроли в Штаты.

Анна чуть не заплакала.

- Ну как же? Не посоветовавшись со мной, не узнав про мои планы? Будто я игрушка какая-то! Не поеду!

Но поехать пришлось. Гастроли планировались на месяц. Однако их пришлось сократить до десяти дней. Дело в том, что концерты артистов из ПНР совпали с очередной антисоциалистической, антипольской истерической кампанией, когда определенные реакционные круги призывали бойкотировать польских артистов, в результате чего зрителей на концертах почти не было. Никогда в жизни Анна еще не пела в таких пустых залах, на репетициях и то было больше народу. Тем не менее Анна пела добросовестно, как всегда, не сокращала репертуар, вежливо кланялась тем нескольким зрителям, что сидели в зале. А однажды даже спела на бис, выполнив пожелание маленькой сухопарой старушки, изо всех сил хлопавшей Анне. На сей раз не было слез на глазах зрителей, не было приглашений побывать в гостях. Все проходило будто в пустоте. Даже импресарио появлялся редко, вид у него был угрюмый, он едва здоровался с артистами и сейчас же куда-то исчезал.

По возвращении в Варшаву Анна надеялась снова собрать свой оркестр. Но музыканты опять рассеялись по другим, более "надежным" солистам. Теперь, прежде чем обращаться за помощью к пану Анджею, Анна отправилась в "Пагарт", чтобы выяснить, что еще планируется с ее участием. Визит оказался как нельзя кстати: через две недели ей предстоит участвовать в Днях культуры Польши в Москве, а еще через месяц - новые гастроли по Советскому Союзу.

На сей раз один из сотрудников "Пагарта" лично занялся подбором музыкантов для выступлений Анны: судя по всему, ему это было сделать легче. Уже на третий день она встретилась с музыкантами достаточно высокой квалификации и мастерства. К счастью, они обращались к ней исключительно по творческим вопросам, - у нее будто гора упала с плеч. Анна очень волновалась, не разбегутся ли они куда-нибудь за время ее отсутствия (в Москве она выступала с оркестром Катовицкого телевидения и радио). Но музыканты не "разбежались". Неприятность подкралась неожиданно, с другой стороны. Зося, милая, трудолюбивая Зося, надежная помощница во время ее отсутствия, неожиданно объявила Збышеку-старшему и Анне:

- Беру расчет! Выхожу замуж.

- Как так, Зосенька? Я же завтра лечу в Москву. У меня такие ответственные концерты, Дни культуры, понимаешь? Что же мне делать?

- Делайте что хотите, только я выхожу замуж! - решительно отрезала Зося. Увидев отчаяние на лице Анны, она немного смягчилась. - Ну ладно, на Дни культуры я вас отпускаю, а там смотрите...

Во время открытия Дней культуры в Кремлевском Дворце съездов Анна вновь пела "Песню" на стихи Риммы Казаковой. Казалось, и певица и все в зале переживают драму молодых ребят, во имя победы отдавших свои жизни. Потом, после этого концерта, Анна почему-то подумала о том, не разбрасывается ли она в последнее время, - может быть, ей лучше остановиться на балладных, драматических песнях, которые сродни ее душе, ее вкусу, нежели танцевальные шлягеры, которые ей самой тоже, безусловно, нравятся, но которые, как ее убеждают некоторые московские друзья, не в ее стиле.

Впрочем, изменить что-либо было уже сложно - из танцевальных песен многие записаны на пластинках, на радио, на телевидении. И теперь сама жизнь должна распорядиться, что останется, что будет звучать, а что безвозвратно уйдет.

Накануне отъезда она спела в Останкине три песни - "Ждите весну" Р. Майорова, "Останься" А. Морозова, "Идет ребенок по земле" Е. Птичкина. Для всех трех песен были записаны несколько дней назад фонограммы, и, понимая, как сложно технически организовать совместную запись с оркестром, Анна в какой-то степени смирилась с таким положением дел. Работало ее воображение: когда она становилась у микрофона, то представляла за спиной музыкантов, которые ждут взмаха ее дирижерской палочки... Перед собой сквозь стекло она видит звукорежиссера, вот его пальцы касаются кнопки на пульте, и в наушниках звучит музыка. Звукорежиссеры утверждают, что она ставит рекорды: делает наложение трех песен за полчаса. Но Анна не гонится за рекордами, просто так получается: она вживается в музыкальный образ и поет на одном дыхании, без остановок, без сбивок, естественно и непринужденно.

В Варшаву вернулась всего на несколько дней. Эти дни без остатка посвящены маленькому Збышеку. Он уже слушает сказки, обожает заводные игрушки, но больше всего он любит, когда рядом мама. Анне показалось, что она заметила в его глазах тревогу. Малыш все время озирается по сторонам, будто кто-то злой и жестокий вот-вот украдет маму...