Читаем Английская свадьба полностью

На следующий день, уже в корнуолльском городке Фалмут, мы первым делом пошли в регистрационный офис (ЗАГС по-нашему). На этот раз нас приветствовала милая девушка, и, чтобы сразу снять все сомнения, я гордо предъявила ей свою новоиспеченную невестину визу. В ответ она дружелюбно объяснила, что виза визой, но официальная процедура обязывает ее, прежде чем принять у нас документы для женитьбы, выяснить, что мы с Джеймсом знакомы не первый день. И вот она стала задавать нам вопросы друг про дружку, и тот, о ком спрашивали, должен был сидеть и помалкивать (подсказывать не разрешалось). После «допроса» документы она все же приняла и сказала, что теперь нам будет нужно ждать разрешения на свадьбу от властей. При этом надо, чтобы регистрационный офис обнародовал наше намерение и дал достаточно времени тем, кто считает, что к этому браку есть какие-нибудь препятствия, о них сообщить. Я ехидно поинтересовалась, где же они собираются все это обнародовать (особенно учитывая, что я русская), но она серьезно объяснила, что возможны два варианта на наш выбор: повесить объявление в местной церкви или опубликовать его в здешней газете. Мы выбрали церковь — причем я уверена, что ни один из ее прихожан никогда в жизни не слышал ни о Джеймсе, ни обо мне и о препятствиях соответственно вряд ли мог быть осведомлен. Так что мы расслабились, принялись ждать, развлекаться, навещать друзей и потихоньку готовиться к свадьбе. И, забегая вперед, скажу, что разрешение на нее мы получили по телефону уже через неделю.

Для начала заявляемся в гости к давнишним приятелям Джеймса. Это муж с женой, немолодые богатые фермеры. Хозяин представляется мне именем Тим, но звучит оно для такого важного с виду человека как-то не очень подходяще. Я, само собой, воздерживаюсь от комментариев, но позже начинаю приставать к Джеймсу с расспросами, и он мне назидательно объясняет, что англичане любят сокращать имена не только своих близких, но вообще всех подряд, в том числе и себя. И совершенно нормально, если какой-нибудь семидесятилетний старикан представляется всем не полным своим именем (например, Родерик), а сокращенным от него именем Род. И все эти Тимы, Мэгги, Джимы, Дэйвы и Ричи — не что иное, как сокращения от полных человеческих имен. Я перевариваю информацию, а потом с невинным видом спрашиваю: «А какое же тогда полное имя для тебя, Джеймс?» Он задумчиво смотрит на меня, явно прикидывая что-то в уме, а потом говорит: «Это и есть мое полное имя, а сокращением от него — если ты это хотела узнать — будет Джим». И угрожающе добавляет: «Только не вздумай меня так называть!» — «Ладно-ладно, не буду, не переживай, — добродушно говорю я. — А еще, между прочим, в нашем заявлении на свадьбу ты фигурируешь как Джеймс Роберт Дэвид Харвуд. Откуда это у тебя столько имен? Получается, что все свое единственное-то имя сокращают, а у тебя их — вон какая куча. Ты что — какое-то особое исключение?» Джеймс жалостливо смотрит на меня, как на несмышленого ребенка, и начинает снисходительно объяснять: «Да почти у каждого англичанина есть не одно имя, а еще хотя бы парочка других. Это помимо фамилии, конечно». Я оживляюсь: «А можешь мне какой-нибудь еще пример привести?» — «Ну да, — говорит он. — Вот, например, человек с сокращенным именем Роб и фамилией Джонсон на самом деле имеет и другие имена, и полный вариант будет Роберт Ричард Бересфорд Джонсон». — «А второе имя — это что, имя его отца?» — задаю я, с моей точки зрения, совершенно невинный вопрос. «Почему это — второе?» — выпучивает на меня глаза Джеймс. Потом спохватывается — я же русская, таких простых вещей могу и не знать. «Вообще, в чем-то ты права — именем отца раньше называли мальчика-первенца в семье, и это было его первым именем. Вот, например, моих отца, и деда, и прадеда тоже звали Джеймс. Сейчас, правда, этого уже никто не придерживается.» — «А по какому же тогда принципу выбирают второе и третье имена?» — не отстаю от него я. «Ну, вообще-то они тоже произвольны и к имени отца никакого отношения не имеют», — говорит он. «Так, а сколько таких имен можно иметь? И что, у женщин вторые и третьи имена тоже мужские?» Джеймс чуть не падает со стула от удивления: «Как это — у женщин мужские имена?! Ты что, надо мной издеваешься?!» Я тогда тоже спохватываюсь — он ведь англичанин, про отчества явно не в курсе — и примирительно говорю: «Ладно, все ясно; значит, у женщин — все имена женские». Джеймс немного успокаивается и уточняет: «Ну да! А про количество имен ты спрашивала, так вот — их можно иметь сколько угодно, но народ особенно не злоупотребляет: место-то в свидетельстве о рождении ограниченно, так что придумают всего два-три имени ребенку — и хватит».

Гораздо позже я поняла, что у всех наших знакомых есть по нескольку таких имен и лишь у одной из них — нет. У нее только обычные имя и фамилия, и в этой общей ситуации она мне кажется какой-то обделенной.