Читаем Ангелы Ада полностью

Примерно около двух часов дня я добрался до ровного асфальтового покрытия 41-го хайвея, южнее Бейсс-Лейк. Я крутил ручку радио, пытаясь поймать информационные сообщения, и, проскочив закусочную с хот-догами, заметил два байка outlaws, подозрительно припаркованных у дороги. Я круто развернулся, остановился рядом с байками и обнаружил Пузо и Канюка, пытающихся вникнуть в суть «Приказа о сдерживании». Канюк, бывший член отделения в Берду, является Ангелом Ада руководящего состава. Он представляет собой довольно странную, причудливую смесь угроз, непристойностей, изящества и искреннего недоверия ко всему, что движется. Он всегда поворачивается спиной к фотографам и считает, что все журналисты – агенты Главного Копа, живущего в пентхаусе на другой стороне некоего бездонного крепостного рва, который никогда не пересечет ни один Ангел Ада, разве что только в качестве заключенного… А если и пересечет, то лишь за тем, чтобы ему отрубили руки в назидание всем остальным. Канюк изумительно последователен. Он – дикобраз среди людей, и его иглы всегда топорщатся. Если он выиграет новую машину по лотерейному билету, купленному на его имя какой-нибудь случайной подружкой, то может усмотреть в этом скрытый подвох, дескать, его пытаются наебать и лишить водительских прав. Он обвинит девушку в том, что она – подосланная сука, изобьет организатора лотереи до потери сознания и сплавит машину за пятьсот таблеток секонала и электродубинку для скота с позолоченной рукояткой.

Лично мне Канюк нравится, но я никогда не встречал кого-нибудь вне тусовки Ангелов, кто бы считал, что он заслуживает чего-либо лучшего, нежели двенадцати часов сплошного измывательства или зуботычин и ударов чем-нибудь тяжелым.

Однажды утром, когда Мюррей искал материалы, чтобы сделать статью для Post, я заверил его, что можно совершенно спокойно отправиться в дом Баргера в Окленде и взять там интервью. Сказав это, я благополучно завалился спать. Проходит всего несколько часов, как у меня над ухом трезвонит телефон, и я снова слышу голос Мюррея, который просто не помнит себя от ярости. По его словам, он спокойно беседовал с Баргером, когда к нему внезапно пристал какой-то психопат с бешеными глазами, потрясавший сучковатой палкой перед его носом и кричавший: «А ты кто такой, твою мать?» Мюррей описал мне внешность этого психа – ни на одного из моих знакомых Ангелов тот похож не был. Пришлось звонить Сонни и спрашивать, что же случилось. «Ох, черт, да это же был просто Канюк, – ответил тот с усмешкой. – Ты же знаешь его как облупленного».

Еще бы! Любой, кто хоть раз встречал Канюка, знает его как облупленного. Мюррею потребовалось несколько часов, чтобы успокоиться после знакомства с ним, но, спустя несколько недель, после весьма мучительных размышлений, и находясь на расстоянии в три тысячи миль от Окленда, он описал этот инцидент. По его рассказу здорово чувствовалось, что журналист все еще обижен и оскорблен.