— Попробуйте, если вам не терпится добавить еще и крови во всю эту заваруху. Но должен заметить, мадам, что я редко угрожаю. Я лишь излагаю факты. А как уж вы их истолкуете — ваше дело.

Лицо Дороти снова побагровело от гнева.

— Ладно, вы изложили свои факты, теперь послушайте мои. Если вы еще хоть раз сунете сюда нос, то тут же получите пулю в лоб.

Ангел улыбнулся:

— Что ж, ясно. Хотя должен предупредить вас: меня это вряд ли остановит. Всего доброго, миссис Кэтлин.

Ангел снова прикоснулся к полям шляпы, затем развернул лошадь и направился к воротам. Проехав с десяток метров, он услышал за спиной голос Дороти:

— Если мисс Стюарт не наняла вас, то кто же она вам?

— Добрая подруга.

Дороги больше не произнесла ни слова, лишь смотрела, как Ангел покидает усадьбу, нисколько не опасаясь выстрела в спину. Она терпеть не могла наемных убийц. Невозможно иметь дело с человеком, который не знает страха.

— Выясни, Бак, кто он такой, — велела она сыну, все еще хмурясь. — Человек не говорит так, если не чувствует за собой силу. И узнай, кто из наших ребят самовольно согнал скот Стюартов с пастбища. Пусть уносит ноги еще до захода солнца.

Глава 11

Касси нервно мерила шагами террасу — доходила до ее конца и тут же поворачивала обратно. Руки ее были скрещены на груди, глаза тревожно поглядывали на видневшуюся в отдалении дорогу. Возвратившись на ранчо, она прежде всего привела себя в порядок. Надела очень элегантную юбку с тремя оборками цвета сливок, в мелкий цветочек. А также белоснежную шелковую блузку, украшенную сицилийской оторочкой на воротнике и буфах, видневшихся из-под плотной белой шали, которую она накинула на плечи. Касси даже удалось с помощью Марии сделать себе простую, но изысканную прическу.

Общий эффект ее нового облика не слишком ошеломлял — он был «скрытым», как любила говорить ее мама, хотя в отличие от нее Касси всегда предпочитала изысканность откровенному украшательству, когда ей надо было произвести на кого-нибудь особое впечатление. Сейчас же она задумала предстать перед своим единственным «зрителем» холодной и уверенной в себе женщиной, хотя это совершенно не соответствовало ее душевному состоянию.

Она с нетерпением ждала возвращения Ангела. И пребывала в напряжении уже несколько часов. Перед ней то и дело возникали картины того, что, возможно, происходило сейчас на ранчо Кэтлинов, и мысли об Ангеле усиливали ее волнение.

Марабелла ни на шаг не отставала от хозяйки. Время от времени пантера терлась мордой о ее ногу, и тогда Касси опускала руку и поглаживала гибкое тело своей любимицы. Как-то раз она попыталась запереть пантеру в доме, но Марабелла опустилась на задние лапы и зарычала, всем своим видом выражая возмущение, так что у Касси не хватило духу настоять на своем. Кроме всего прочего, кошка прекрасно чувствовала настроение хозяйки и отказывалась оставлять ее одну, когда та была чем-то взволнована. Выражение невозмутимости на лице Касси ни на секунду не могло обмануть Марабеллу.

Уже вечерело, когда Касси услышала стук копыт. Она не видела всадника, потому что он приближался из-за дома, но чувствовала: это Ангел. Не в силах дожидаться его появления на террасе, она обогнула угол дома и вбежала в конюшню почти одновременно с въехавшим туда Ангелом.

— Что произошло? — спросила она, не давая ему спешиться.

Девушка в нетерпении заламывала руки. Образ холодной и самоуверенной женщины оказался безнадежно испорчен. А этот несносный человек даже не потрудился сразу ответить на ее вопрос — хотя скорее всего только , потому, что ему пришлось удерживать на месте лошадь, заволновавшуюся при появлении Марабеллы — кошка последовала за хозяйкой на конюшню.

Ангел, нахмурившись, взглянул на Касси:

— Кажется, я просил вас держать эту бестию подальше от меня.

— Она ничего вам не… Ладно, не имеет значения. Только не уходите! — выпалила Касси, бросившись к двери.

Войдя в дом через кухню, она дождалась, когда появится Марабелла. Затем плотно закрыла дверь. Кошка испустила негодующий рык, но Касси, не обращая на нее внимания, снова побежала на конюшню. Ангел уже спешился, но лошадь его по-прежнему волновалась.

— Так что там у вас? — спросила немного запыхавшаяся Касси.

Ангел, держа лошадь в поводу, направился к стойлам. Его голос выдавал раздражение, когда он бросил через плечо:

— Я никого не пристрелил, если это именно то, что вы хотите знать.

При этих словах Касси испытала огромное облегчение. Несмотря на то что всем своим видом он демонстрировал отвращение к происходящему, она последовала за ним.

Все еще ликуя в душе, Касси решила успокоить его:

— Марабелла не причинит вам вреда… по крайней мере если вы будете обуты, когда она рядом с вами. Ангел замер на месте:

— Почему?

— Марабелла питает слабость к ногам, в частности к моим, но и к ногам других людей, когда она в хорошем настроении. И очень любит тереться о них мордой, а порой даже чистит об обувь зубы.

— Чистит зубы?.. Но как она умудряется?.. Касси улыбнулась: