Читаем Андреевский крест полностью

— Хрен вам, — вспылил я. — Не Андреевским, а Апостола Андрея Первозванного!

— Да ладно, ладно. Как скажешь. Ты командир, — отъехал Миха.

— Не слишком солидно для такого-то клочка? — усомнился брат.

— Так он реально первый, на который наша нога ступила, — пожал я плечами. — Пусть у него и имя особенное будет.

— Принято.

День открытий на этом не закончился. Егор успел тоже кое-что выяснить. И стоило причалить, нам, не успевшим даже поделиться своими новостями, пришлось выслушивать весьма эмоциональную речь ученого.

— Я знаю, где мы! — вопил средний брат на весь остров. — Я вычислил наши координаты!

— И че?! — высокомерно поинтересовался Миха. — Типо крутые? Или че?

— Крутые, Мишенька! И еще как! Восемьдесят два градуса восточной долготы, пятьдесят четыре с половиной градуса северной широты!

— Слышь, — осклабился Поц. — Мы типо все в шоке. Че блажишь-то, как потерпевший?!

— Ты тупой?! — набычился Егор. И вдруг перешел на непривычно из его уст звучащий окраинный слэнг. — Не сечешь тему, сопи в тряпочку! Я те по человечачьи базарю! Мы, в натуре, совсем рядом с городом.

— Погоди-погоди, брат, — наморщил лоб Леха. — Что значит — рядом? Тут море, и тропики. Какой, к дьяволу, город?

— Так и я о том баяню, тьфу, говорю! Мужики! Наш город, я точно знаю, на пятьдесят пятой широте. Долготу точно не помню, но по хронометру, у нас сейчас разница по времени с Гринвичем — шесть часов. Так что мы в одном часовом поясе с городом.

— Прикол, — согласился я.

— Да какой, нахрен, прикол, брат, — вспыхнул Егор. — На нашей широте не может быть никаких тропиков! Вообще! Понимаешь? Море — да Бог с ним с морем. Ну там, полярные шапки растаяли, или еще какая-нибудь фигня. Но кокосы у нас просто не выживут. В первую же зиму в сосульки превратятся…

— Я так понимаю, ты хочешь сказать, что мы не в твоем этом… олигофреноцене? Или вовсе не на Земле?

— Я не знаю, Андрюх, — сдался брат. — Я уже ничего не понимаю. Луна — точно наша. Характерный рисунок кратеров… Растительность тоже земная. И люди здесь явно бывали. Кто-то же Подкову тут оставил…

— Но? — поощрил я ученого.

— Ну, есть у меня одна гипотеза, — как-то не слишком охотно признался средний. — Мне в сеть выйти нужно. Проверить кое что. Я ночью звездное небо фотографировал. Не слишком хорошо получилось. Видимость плохая отсюда. Но несколько созвездий удалось опознать. И… Ты знаешь, я не специалист. Эти материалы астрономам бы показать. Но, мне кажется…

— Креститься надо, если кажется, — ввернул обиженный Поц.

— Да вот тебе крест во все пузо, Михаил, — отмахнулся Егор. — Какие-то они не такие, эти созвездия… Короче, мне нужно к компьютеру.

— Ну так иди? В чем проблема-то? — не понял я. — Если так надо.

— Так не пускают, — развел руками ученый. — Люба его. Говорит, вот мужички явятся, тогда можно. И то, если кто-нибудь проводит. Нечего, говорит, одному по джунглям бродить.

— Молодец, — поддержал жену мичман. — Правильно говорит. Пошли провожу.

— А мы на острове, — пожаловался Миха. И поднял уже приделанный к древку Андреевский флаг. — Мы его Андреевским назвать решили.

— Апостола Андрея Первозванного, — снова уточнил я. Помнится, Коленку это было важно, а мнение других специалистов меня мало интересовало.

Егор с Лехой ушли в портал, а женсовет новость об обретении островом имени пропустил мимо ушей. Младший уже успел отчитаться о результатах разведки, и о том, что осваивать этот песчаный клочок суши смысла нет. Так что наши женщины уже списали в историю Андреевский… тфу, Апостола Андрея, то есть.

Детям география тоже была пофигу, а вот флаг их заинтересовал. Поцу тут же предложили помощь сразу в нескольких направлениях. От поиска веревок для растяжек — даже десятилетняя шпана понимала, что долго флаг с воткнутым в песок древком не простоит, до проекта закрепления белого, с косым голубым крестом полотнища на макушке самой высокой пальмы. Если я правильно помню, именно этим Миха с пацанвой и занимались все то время, пока не вернулся Леха.

Перекусили бутербродами. Бабы устроили себе отпуск, и готовить отказались. Дети были в восторге, а вот мы давились в сухомятку и обсуждали планы мести. Ничего "ассиметричного", кроме как облить нежившихся в шезлонгах саботажниц морской водой, в голову не пришло. Да и это забоялись воплощать в жизнь. Соленая вода скоро бы высохла на жарком тропическом сибирском солнышке, кожу бы стянуло, и бабы бы немедленно заставили нас строить им душ с пресной водой. Можно было бы, конечно, и смаздрякать что-нибудь на скорую руку, но зачем? Тем более имелись еще планы по разведке полуострова на большой земле.

Никиту взяли с собой. Пропуском в нашу компанию стали два оставшихся от целой коробки патрона. Натаха подтвердила, что пацан честно расстрелял все остальные, а не просто выбросил лишние в море. Мог добить все, но подумал, что если мы скоро не вернемся, кому-то ведь придется провожать дядю Егора до Подковы, тут-то боеприпас и понадобится.