Читаем Амазонка. Дилогия (СИ) полностью

Я хрюкнула от смеха. Симон быстро оправился от шока и сам засмеялся.

— Кажется, я догадываюсь, кто у нас играл роль жнеца. — Генерал боролся с истерическим и неподобающим смехом, краснел и кряхтел.

— Чего ты веселишься? — журил его Верон. — Хочешь я тебе её, в армию отдам с тем, прыгающим довеском?

Угроза прогнала смешливость второго брата. Он даже глаза выпучил, обернувшись к настоятелю.

— Она итак с половиной моих парней знакома, а вторая половина о ней наслышана. Представляешь, что будет в казармах твориться? У тебя она хоть более смирной стала.

— Эй! Господа, вы меня обсуждаете при мне! — подала голос я, и мужчины выдохнули.

— Так, Ориана, — вернулся к проблеме с Минерли настоятель. — Прекратите терроризировать соседей.

— Ой, неужели вы, увидев меня на пороге вашей обители, Верон, надеялись перевоспитать? — удивилась я. — Вы же знали, кто я! Да и соседей вы не слишком то и чтите! Дались вам их проблемы! Они, кажется, недавеча пытались взять вашу обитель силой, потом хотели вас отравить, а потом запятнать честь моностыря…

— Даже не думал что-то в вас менять, — вырвал у меня из рук бумагу он. — Перевоспитать человека могут только обстоятельства. А я на себя такую роль брать никогда не хотел.

Его замечание задело меня. Я смолкла. Оба брата тоже притихли. Как весьма мудрые старики, они подозревали, что я не просто так пришла в монастырь. Но при этом ни один из них не требовал от меня правды, не лез в душу. И я была благодарна за понимание.

— Ладно. Такое… — Знаю, что Верон ожидал услышать, но всё равно сказала: — Повторится один раз. Ну, два… Мы же ещё не заглядывали в гости к Ковам!

Настоятель раскрыл рот, а я, не дожидаясь нравоучений, поднялась.

— Вам же это выгодно, сэр! — издевалась я. — В письме, в самом низу написано, что Минерли никаких средств не пожалеют, чтобы отблагодарить вас. Пользуйтесь! Вам ведь нужно отремонтировать конюшни и библиотеку…

— От кого ещё нам жалоб ожидать? — напоследок уточнил Симон.

— Жнец обещал на нашу кухню заглянуть…

— Одобряю, — выдал генерал.

Верон очень смешно надул губы.

— Что тебе не нравится? — не понимал его брат. — Ты сам жаловался утром!

Настоятель кивнул, но в меня всё равно полетела книга. Я пригнулась.

— Шельма! — совсем без злости окрестил Верон, и пока он прибывал в добром расположении духа, я намерилась быстро удрать. — Стой! Тебе письмо, сама знаешь от кого.

Он швырнул в меня посланием. Поймав весточку, крепко сжала её, спрятала в карман и прикрыла за собой дверь, оставив братьев делиться впечатлениями о моих выходках.

— Жнеца ловить будем? — услышала печальный вопрос Симона.

— На чём он там прыгал хоть? — выглянул в окно настоятель. — Ткань какая-то?

На улице я глубоко вдохнула, посмотрела на тренировочное поле. Занятие у Иориуса продолжалось. Ученики упражнялись с секирами, вертели их, дрались. Поразмыслив, я решила присоединиться к товарищам.

— Интересно, как он нас примет? — спрашивала у волка я. — В обморок упадёт или отлупит?

Оборотень выбрал последний вариант. Но мы оба не угадали.

Мастер не оценил моей тяги к знаниям. Пусть он и был отважным, сильным воином, но икал, как испуганный подросток, когда увидел меня, спешащей к нему. Мерин мигом подал ему воду.

— Брат Орин, ты вот, пока с палицей упражняйся, — дал мне дубинку он.

— Он и этим кого-нибудь пришибёт, — громко прошептал Юм, и толпа захихикав, отодвинулась от меня подальше.

Подражая остальным, я размахивала грозным деревянным оружием и краем глаза следила за Ивоном. Он стоял на тропинке и наблюдал.

* * *

Мой день закончился незаметно и скучно. Даже прогулка к Ковам не порадовала. Поэтому мы с Канонием поспешили на кухню…

Через час летели оттуда пуганными воронами, с сыром в зубах, разбрасывая позади себя горох — чтоб повар поскользнулся. Над нами свистели половники, ножи и вилки. Громыхая чайником, обутым вместо тапки, нас преследовал кухарь. Он оказался не из пугливых. Оборотня рассекретил сразу.

Шумиха подняла на ноги монахов, рыцарей, мастеров. Все выглянули в коридор. Тень выпрыгнул в окно. Каноний поскользнулся. Получил скалкой по затылку, и остался лежать на полу.

— Контузия! — оценил брат Мерин состояние Жнеца.

— Конфузия, — лучше сказано! — заржал Юм, похлопал его по щекам, пока кухарь не добежал и не похлопал ножом. — Ты давай, ползи отсюда, а то месть близится.

Каноний очухался, поблагодарил собратьев и унёсся на крыльях страха, почему-то в сторону погреба. Я бежала очень быстро, перепрыгивая через препятствия. Однако подлый смех вызывал отдышку, поэтому скорость уменьшалась. Свернув за угол, была поймана… Слава богам — не кухарем.

Меня втянули в ближайшую комнату и быстро захлопнули дверь.

— Доброй ночи! — поздоровался Ивон, прижимая меня к себе и к стене одновременно. — Печально известный Жнец промышлял у нас на кухне?

— А почему вы не спите? — хотела выскользнуть из его объятий я. Они вызывали во мне путанные чувства.

— Разве в общежитии в данный момент кто-то спит? — ехидно спросил рыцарь.

— Бессонница, — пожала плечами я.