Читаем Алтарь счастья полностью

Ванесса замолчала. Она терпеть не могла скандалов, но, похоже, ей предопределено судьбой жить в мире, населенном злыми и жестокими людьми. Сейчас ей не верилось, что она сумела дать отпор Крису Ригану, смогла достойно проявить себя, да так, что ему нечего даже возразить.

Он едва сдерживал ярость, но молчал. Оба напряженно и настороженно смотрели друг на друга.

Последние сутки оказались самыми драматичными в жизни Ванессы, и сейчас она чувствовала, что силы покидают ее. Ей хотелось уехать, найти тихий мотель и отдохнуть, но она вынуждена была остаться, ибо вечером может вернуться Мэгги. Обе обязаны дождаться завтрашнего звонка Юджинии. А потом – Ванесса очень на это надеялась – она покинет проклятый Техас и вернется вместе с сестрой в Нью-Йорк.

– Я проведу остаток вечера у себя. Буду весьма признательна, если вы сообщите мне о возвращении Маргарет, – бросила Ванесса, затем развернулась и с гордо поднятой головой покинула кухню.

Крис тихо вышел в полутемный холл и прикрыл дверь комнаты Джоуи. После всех треволнений сегодняшнего дня мальчик уснул, прежде чем Крис успел прочитать ему полстраницы из «Острова Сокровищ». Весь секрет заставить Джоуи быстро уснуть заключался в том, чтобы несколько минут вынудить его полежать спокойно. А лежал он спокойно, когда ему читали, но и это не всегда срабатывало. Тем не менее за лето кузены одолели большую часть знаменитого произведения.

Направляясь в гостиную, он слышал глухое тиканье старинных часов с маятником, висящих в углу холла. Час назад Дейви ушел к себе. Увидев полоску света, пробивающуюся из-под двери спальни Ванессы, Крис понял, что она еще не легла.

Его удивила легкость, с какой принцесса из Нью-Йорка согласилась спать в той же комнате, после того как нашла в своей постели мертвую змею. Видимо, их вечерняя стычка и дневная стычка с сестрой закалили ее.

Крис пересек комнату, подошел к бару и выбрал один из самых больших бокалов. Достал пару кубиков льда из небольшого холодильника и опустил в бокал. В бутылке, взятой им, оставалось еще на два пальца виски. Он подумал было взять новую бутылку, но решил остановиться на початой.

С напитком в руках он прошел в темную кухню, а оттуда вышел во внутренний дворик. Мысли о Ванессе не покидали его. От них Крису становилось не по себе. Она разбудила в нем чувства, отнюдь не похожие на те, что он испытывал к матери: его чувства к Ванессе были низменными и нежными одновременно, и в этом таилась опасность. Крис ощущал, что они забирают его силы – такое же случилось с его братом и отцом.

Но будь он проклят, если позволит чувствам взять над собой верх! Они уничтожили его отца и, если Чак вовремя не одумается, уничтожат и его тоже, а с ним и следующее поколение семьи Риган.

Какой-то щелчок прервал его размышления. Крис взглянул туда, откуда доносился этот звук и увидел, как дрогнули занавески на застекленной двери, ведущей в спальню Ванессы. Звук защелки дал ему понять, что она проверяет, хорошо ли заперта на ночь дверь. После вчерашнего трудно ожидать иного.

В ее комнате все еще горел свет. Он слабо освещал матовую ткань занавесок, сквозь которые виднелся силуэт ее изящной фигуры. Продолжая наблюдать, Крис выбросил из пустого бокала кубики льда и поставил его на низкий столик.

Ванесса слегка раздвинула занавески и приникла лицом к стеклу, словно пыталась рассмотреть что-то в ночном небе. Он тоже перевел взгляд на небо. Космическая вечность распростерла свои крылья над Техасом.

Крис снова бросил взгляд на дверь Ванессы и заметил, как она, прикрыв глаза ладонями, напряженно всматривается, стараясь разглядеть хоть что-то из-под нависающей крыши. Ей хотелось взглянуть на звезды, но после вчерашнего печального происшествия вряд ли ей хватит смелости выйти наружу и насладиться картиной звездного неба.

Наблюдая за девушкой, он ощутил желание, которое, разливаясь теплой волной, пульсировало во всем теле. Крис вновь испытывал невообразимый подъем, пережитый минувшей ночью. Воспоминания о тех ощущениях, когда он привлек это нежное создание к себе, о том, какой бархатистой и теплой оказалась кожа девушки, жгли словно огнем.

Ванесса опустила занавеску и отошла от двери. Крис наблюдал за ее удаляющимся силуэтом. Она еще не переоделась в ночную рубашку, и Крис почувствовал разочарование.

И вновь воспоминания о ее теле, трепещущем в его объятиях, о том, что он ощущал, лаская ее небольшие, великолепной формы груди, начали терзать его. Губы Ванессы показались Крису лепестками благоухающего цветка, и он никак не мог насладиться нежной полнотой и сладостью этих губ. От подобных воспоминаний естественное влечение мужчины к женщине грозило перерасти в неприкрытую страсть.