Читаем «Алое перо» полностью

– Да, па, – согласился Том, гадая, представляет ли его отец, что значит ночь за ночью работать в барах, чтобы заплатить за обучение в колледже общественного питания, и что значит брать взаймы огромные деньги на открытие компании и просить людей быть поручителями по займу, и что значит смотреть на Марселлу и понимать, что она самая красивая женщина на земле и наверняка кто-нибудь, кто обладает стилем и деньгами, вполне может увести ее. А его отец всерьез думает, что никаких стрессов у Тома нет.

– Марселла шлет тебе свою любовь, – соврал он отцу.

– Знаю, она отличная девушка, что бы ни говорила твоя мать.

– А что именно она говорила в последнее время?

– Ну… понимаешь, то, что вы живете как муж с женой… ну… как обычно, ничего нового.

– Па, а тебе не кажется, что ей пора бы уже привыкнуть к этому? – Том бросил на отца безнадежный взгляд.

– Люди с таким складом ума, как у нее, никогда к такому не привыкнут, сынок. Тебе стоит лишь взглянуть на Джо, чтобы это понять.

– Джо? О чем ты? – спросила вошедшая в это время мать Тома. – Он выглядит куда лучше, правда, Том? Что это вы говорили тут о Джо?

– Я сказал, что очень хорошо было с его стороны прислать папе ту корзину фруктов, вот и все, – поспешил ответить Том.

– Ха! – фыркнула его мать.

– Марселла считает, что это отличный подарок, куда более полезный, чем какая-нибудь бутылка вина, или шоколад, или еще что-то. Ох, и она вам обоим шлет свою любовь.

– Ха! – повторила его мать тем же тоном.

– Ты, должно быть, очень рада, что папа в такой хорошей форме.

– И все это благодаря Деве Марии.

– Конечно, ма, но и благодаря врачам и все такое.

– В больнице могли делать все, что им вздумается, но не смогли бы вылечить твоего отца, если бы не вмешалась Дева Мария. – Маура несколько раз кивнула, как бы соглашаясь с людьми таких же убеждений.

Ее муж и сын растерянно смотрели на нее и молчали.

– А это была Тридцатидневная молитва? – наконец спросил Том.

– Много ты знаешь о молитвах! Для Тридцатидневной молитвы времени не было, идиот! Надо было найти что-то более быстрое.

– И она нашла это в «Ивнинг геральд», – подсказал отец Тома.

– Да, смейтесь, вы двое! – Она уже злилась.

– Маура! Да разве я смеюсь?

– Нет, но вполне мог бы. Это была молитва, которая никогда не подводила, и все, что тебе нужно делать, чтобы исполнилось твое желание, – это снова опубликовать ее в газете, чтобы другие видели ее и знали, как сильна Святая Дева в моменты кризиса, и…

– Это довольно умно со стороны газет. Это значит, что в рекламных объявлениях у них есть колонки молитв, – восхищенно произнес Том.

Словно не слыша сына, Маура продолжила:

– А еще Святая Дева просит, чтобы мы просто посидели пять минут с неверующими и объяснили, как Ее Сын любит наш мир…

– Да; ладно, мам, я лишь заехал узнать, как дела у папы.

– Мы могли бы сделать это прямо сейчас, Том.

– Но, ма…

– Пожалуйста, сынок, – попросил его отец.

Том покорно сел и стал слушать мать, которая рассказывала ему о том, как Дева Мария огорчается из-за разных людей.

– Почему ты не можешь в это поверить, Том? Просто объясни мне! – потребовала его мать тоном человека, который способен немедленно во всем разобраться, если узнает точную причину несогласия.

– Да не в том дело, что я не верю, – начал было Том.

– Тогда в чем проблема?

– Ма, я говорил тебе, что это не совсем так. Я не не верю… – снова попытался Том, умоляя о понимании.

– Но во что ты веришь, Том? Во что именно?

– Ну… я верю, что есть нечто… нечто где-то там, что придает всему смысл.

– Но, Том, ты же знаешь, что там.

Отец не сводил с него глаз.

– Наверное, да, ма.

Том позволил своим мыслям устремиться к корзинкам, которые он собирался использовать завтра для презентации хлеба, и следует ли завернуть их в красивые салфетки «Алого пера». Он серьезно кивал в ответ на слова матери и дал ей больше тех пяти минут, на которые она рассчитывала. Теперь она была довольна тем, что выполнила условия сделки с Девой Марией, и ушла в кухню с высоко поднятой головой.

– Спасибо, Том, – произнес отец.

– Но, па, ты-то не обязан все это…

– Обязан, Том. Это называется отдавать и принимать… Твоя мать очень много дает мне, так что я даю ей немножко внимания, слушаю, только и всего.

– Нет, тут нечто гораздо большее. Тебе приходится притворяться, хотя сам ты не веришь.

– Сынок, разве ты не так же поступаешь с Марселлой?

– Ну, я, наверное, соглашаюсь с тем, что она проводит вечера в спортзале, хотя и так уже безупречна, но я не притворяюсь, что верю в нечто такое, чему я не верю.

– Но ты сможешь, ты и сам знаешь, – сказал его отец. – Когда придет время, ты отлично сможешь притворяться просто ради спокойной жизни.

Когда Кэти приехала на Сент-Ярлат-Кресент, близнецы делали в кухне домашнее задание. Лиззи начала приготовления к свадьбе, и ее швейная машинка непрерывно стрекотала. Матти был за домом, красил собачью будку, которую смастерил для Грохота один из его приятелей по ставкам. Другой приятель подарил ему старую подкову, и Матти собирался прибить ее на будку, на удачу. Щенок валялся на газете, извиваясь от наслаждения теплом.