На следующее утро позвонила женщина с приема, лицо которой Том спас. Она сказала, что ей хочется поблагодарить их за обходительность и прекрасную еду и предложить им заказ на торжество по поводу серебряной свадьбы через несколько недель. А Джеральдина заказала им обед для группы агентов по недвижимости, которые собирались выйти на рынок загородного жилья и хотели бы организовать фуршет на испанскую тему. Из больницы сообщили, что отец Тома идет на поправку и что мистера Джей Ти Фезера сегодня выпишут домой. Еще пришло сообщение от Джо из Манилы, он писал, что с ним наконец-то связались, теперь он знает об отце и можно ли послать ему сейчас факс, потому что в следующие две недели он должен быть на Филиппинах. Джеймс Бирн тоже оставил сообщение, подтверждая дату урока кулинарии, и что он всегда платит вперед и всегда чеком, так как весьма не одобряет черную бухгалтерию. А Кэти получила электронное письмо от сестры Мэриан из Чикаго, в котором просила «Алое перо» устроить ей роскошную свадьбу в Дублине в августе. Из театра написали, что у них, возможно, будет еще одно мероприятие. Похоже, всем понравилось, и там были уверены, что Том просто обязан это повторить. Кэти также получила письмо от Ханны Митчелл с пометкой «личное», и в этом письме свекровь Кэти приглашала ее на маленький ланч в «Квентине», чтобы разрешить некоторые трудности. А когда Кэти позвонила Тому, чтобы сообщить об этом последнем и самом изумительном из сообщений, на звонок ответила Марселла.

– Ох, Том, ты был абсолютно прав в своем оптимизме! Ты просто держишь нас на плаву. Я так рада за тебя, по-настоящему рада! – заговорила она, когда Марселла передала трубку Тому, чувствуя при этом комок в горле.

– Я знаю, что ты рада, – ответил Том и при этом улыбнулся Марселле.

<p>Глава 3. Март</p>

Кэти пришла в «Квентин» заранее.

– Явилась, чтобы стащить наши идеи? – спросила ее Бренда Бреннан.

Когда-то Кэти и Том работали здесь и официантами, и на кухне, ведь этот ресторан считался лучшим в Дублине.

– О, мы уже все позаимствовали, – весело призналась Кэти. – Эти маленькие тарталетки с помидорами и базиликом – настоящее лакомство!

Бренна улыбнулась, ее совершенно не беспокоила конкуренция с поставкой закусок на дом. Люди приходили в «Квентин» не только ради еды, но и ради атмосферы.

– Где тебя посадить, Кэти?

– А где предпочитает сидеть моя свекровь?

– Нигде в особенности. Этой леди трудно угодить. – Бренда Бреннан была отлично осведомлена.

– Только не начинай. Я сегодня пытаюсь быть милой, – умоляюще произнесла Кэти.

Они выбрали столик, который, скорее всего, вызвал бы у Ханны наименьшее недовольство, и Кэти села, чтобы подождать. Она никому не сказала об этой встрече, даже Нилу. Дома они заключили вооруженное перемирие и вели лишь обычные разговоры во время еды, но самое главное, то, что висело между ними, обходили стороной. Они согласились отложить обсуждение проблемы, пока не остынут, а потом уже подойти ко всему более разумно, чем в половине третьего ночи в маленьком доме, где также жили Саймон и Мод. Возможно, Ханна знала о предложенной Нилу работе. Но это было маловероятно. Кэти собиралась подождать, пока ее свекровь не выложит карты, ведь в конце концов эта женщина написала на конверте «Личное». Может быть, та вспышка гнева Кэти попала в цель, и Ханна действительно хотела извиниться. Если так, она должна сделать это, не обращая внимания на то, что рядом есть слушатели, желающие узнать подробности. Или речь пойдет о Мод и Саймоне? По всей видимости, Ханна имела какую-то связь с их отцом. Или одному из друзей Ханны понадобились услуги кейтеринговой компании? Ведь поговаривали о том, что Аманда собирается на время приехать из Канады. Ханна могла устроить вечер примирения просто приличия ради? «Нет, бессмысленно строить догадки», – сказала себе Кэти. Она все узнает через какой-то час, когда будет покончено с главным блюдом, когда они обе откажутся от десерта и попросят подать кофе.

В кабинке ресторана «Квентин» Джеймс Бирн сидел со своим гостем Мартином Магуайром. Главным в этом местечке было то, что вы могли видеть все вокруг, а вот другим заглянуть внутрь было трудно.

– Немножко наклонитесь вперед, Мартин, и вы ее увидите. Это и есть Кэти Скарлет собственной персоной.

Его визави посмотрел в указанном направлении и увидел светловолосую девушку, читавшую «Айриш таймс».

– Она очень молода, – тихо произнес он.

– Они все такие в эти дни, Мартин.

– Нет, ей никогда не справиться с бизнесом, слишком много стресса и напряжения.

– Ей почти двадцать шесть. По нынешним стандартам это не первая молодость.

– Она почти одного возраста с Фрэнки.

Джеймс Бирн уставился на скатерть, отчаянно ища подходящие слова, и наконец просто сказал:

– Фрэнки теперь пребывает в покое.

– Откуда нам знать? – спросил отец Фрэнки.

– Просто Господь добр, – предположил Джеймс Бирн.

Риорданы, дававшие прием по случаю крещения, узнали Кэти.

– Вот не думала, что им по средствам такие места, – фыркнула Молли Риордан.