— Вот не могу никак понять, откуда у Светланы алмазы! А наряды? А деньги? Ночные посетители? Как была она связана с бритоголовым? Почему сидела с ним в машине? Кто он? Что он делал на кладбище? Почему следил за Антоном? Одни вопросы! И ни одного ответа! Да, кстати, что за рыжеволосая красавица была вчера с Антоном? Это ещё один вопрос!

Заметя, как помрачнела Зина, Таня попыталась её успокоить:

— Ты не переживай. Найдём тебе другого, лучше этого! Помнишь, Димыч из прокуратуры нас подвозил? Классный парень! Красавец, и кольцо не носит! Или не женат, или не хочет, чтобы знали, что женат. Да, а Антон, чувствую, не та птица, которой хочет казаться.

Зина подняла на подругу печальные глаза. Та продолжала:

— Помнишь, я была второй раз у соседок Клепиковых, снимки им показывала?

— Ну да. Ты сказала, что никого старушки не узнали.

— Узнали, милая, только тебе не хотела говорить! Поняла, почему?

— Антон приходил к Свете? — робко предположила Зина.

— В точку! Видели его один раз!

— Он же её не знал! Сам нам говорил!

— Вот именно, говорил! Значит, врал! А по какой причине? Что их связывало ещё до перехода Антона в «Южную ночь»? Что он делал у Светы ночью? Сексом занимался при сестре-инвалидке? Что-то не верится. Не похож он на такого человека. Да, Зин? Он тебе никаких предложений двусмысленных не делал?

— Ты что! Он вообще никаких не делал!

— Вот и мне не делал! Да и помнишь, Валя рассказывала, что все девчонки из кафе перегрызлись из-за него. А он никому предпочтения не отдавал. Но ведь видела я, что ты ему нравишься, не мог он так хорошо играть! И вдруг эта рыженькая несовершеннолетняя! Откуда она, кто это? Ещё одна загадка.

— Почему ты думаешь, что она несовершеннолетняя?

— Да я так! Предполагаю! Очень молодая, просто юная! Слушай, а может, это его сестра?

Глаза Зины засветились надеждой. Таня, заметив это, сказала, как отрезала:

— И не мечтай! Вдруг он преступник! Очень много тайн вокруг него! Пойдём, ещё раз посмотрим слайды с нашими героями!

Глава 18

— Давай съездим на кладбище. Проведаем могилу директора кафе и отыщем сестёр Клепиковых, они должны лежать где-то рядом, — предложила Татьяна, выключая компьютер.

Зинаида возмутилась:

— Час от часу не легче. Что за дикие фантазии рождаются в твоей голове? Что мы там забыли? Да и страшно одним на кладбище!

Но Таня напомнила:

— Вчера видела меня в процессе самообороны?

— Да, ты вчера была неотразима! — восхитилась Зина.

— Вот и нечего тебе бояться, если рядом такая защитница обиженных и оскорблённых, — засмеялась Татьяна. — А сейчас идём есть, что Бог послал.

Из холодильника на стол были извлечены кастрюлька с манной кашей, батон, ветчина, сыр, масло, помидоры, огурцы и зелень.

— Манную кашу будешь? Максимке варила. Вку-усная! Не хочешь? А я съем. А тебе сделаю мои фирменные бутерброды. Чай? Кофе?

— Кофе, пожалуй!

— Сейчас кофеварку загружу!

Девушки подкрепились и стали собираться. Таня отправилась в спальню искать подходящую для кладбища одежду. На Зине было тёмно-синее платье, Таня облачилась в чёрный брючный костюм.

— Ты спрячь всё-таки камушки, мало ли чего, — попросила гостья.

Хозяйка заметалась по квартире в поисках укромного места, вернулась в спальню и ссыпала их в вазу с цветами.

— Это не опасно? Вдруг кто-нибудь выльет воду вместе с ними?

— Кто, кроме меня? Игорёк никогда не выбросит цветы, если даже они превратятся в гербарий, а вода — в болото!

— А сама не забудешь?

— Разве можно забыть про целое состояние в простой хрустальной вазе?!

На улице, оглядевшись и не заметя ничего подозрительного, подруги отправились на дорогу ловить такси, которое не замедлило явиться и вскоре доставило их к воротам кладбища. Девушки купили гвоздики в ларьке, а не у торговок, хотя те старались заманить покупателей, выкрикивая цены, нескромно нарушая кладбищенскую тишину. Устремляясь по дороге между памятниками вглубь кладбища, Таня учила:

— Нельзя брать цветы у торговок — среди них есть много нечестных: собирают цветы с могил, а потом продают.

— Брр, — поёжилась Зина, рассматривая по пути портреты и надписи на памятниках. — Долго ещё идти?

— Не знаю, мы ведь были на автобусе.

— Так ты не знаешь, куда идти? — испугалась Зина. — Давай вернёмся, пока не поздно.

— Совсем не поздно — ещё и одиннадцати нет.

— Я не о том. Пока не заблудились!

— Со мной, Зинуль, не пропадёшь. Мы идём по старой части кладбища прямо, не сворачивая. Скоро будет налево поворот — навестим моего свёкра, потом вернёмся на эту же дорогу и пройдём вперёд до новых захоронений, а там и сориентируемся.

Девушки уже шли минут пять после того, как Таня со словами «здравствуй, папа, мы помним тебя и грустим» положила цветы на мраморную плиту, под которой покоился её свекор. Зина увидела портрет молодого красивого мужчины, немного похожего на Игоря, и вслух прочитала надпись: «Калугин Максим Сергеевич. Годы жизни: одна тысяча девятьсот пятьдесят шестой — одна тысяча девятьсот восемьдесят девятый».

— А кто ухаживает за могилой? Всё так чисто, и цветы политы.

Таня тихо ответила: