Читаем Акселерандо полностью

Внутри оказываются двое, одетые в совершенно одинаковые джинсы и кожаные куртки. На них — перчатки и маски, и один из них сует Манфреду под нос визитку. Очень угрожающую. За ними, в дверном проеме, кружится в воздухе помесь пистолета с квадрокоптером[77] и пристально наблюдает за всем происходящим.

—Где он?

—Кто? — выдавливает Макс. От ужаса перехватывает дыхание.

—Макс. Второй незваный гость молниеносно шагает в комнату, быстро оглядывается, пригибается и устремляется в ванную. Айнеко, кувыркаясь, падает перед диваном, обмякшая, как тряпка. Гость идет в спальную, и оттуда доносится пронзительный оборвавшийся крик.

—Я не знаю, кто… — Манфреда перепуган так, что вот-вот задохнется.

Второй, пригибаясь, выходит из спальни, делает жест рукой. Отбой.

—Просим прощения за беспокойство, — жестко говорит человек с визиткой, убирая ее обратно в нагрудный карман. — Если вам доведется увидеть Манфреда Макса, передайте ему, что Американская Ассоциация Охраны Авторских Прав настоятельно рекомендует ему прекратить содействие музыкальным ворам и прочим паразитирующим выродкам, угрожающим Обьективизму. Репутация имеет значения только для тех, кто остается в живых. До свидания.

Двое копирайт-гангстеров исчезают в дверном проеме. Манфред трясет головой, его очки перезагружаются. —Ж-ж-жопа… Анне-е-етт!

Она появляется в двери спальни, придерживая простыню вокруг талии, сердитая и смущенная. —Аннетт?. Она оглядывается, видит его и начинает нервно смеяться. —Ты в порядке… —Говорит он. —Ты в порядке.

—И ты тоже. Она обнимает его, дрожа. Потом рассматривает его с вытянутых рук. —Ну до чего прелестная картина!

—Я был им нужен!— говорит он, стуча зубами. —Зачем?

Она серьезно смотрит на него. —Тебе нужно в душ. Потом тебе нужен кофе. Мы не дома, так?

—Ах, да. — Он смотрит вниз. Айнеко приходит в себя и садится, с виду — сбитая с толку. —Душ. Потом отправить статьи в ЦРУ.

—Отправить? —На ее лице отражается удивление. —А я же отправила их тогда ночью. Пока была в душе. Микрофон-то водонепроницаемый!

* * *

Пока добирались работники безопасности Арианспейс, Манфред успел снять вечернее платье Аннетт и принять душ. Теперь он сидит в комнате, закутавшись в халат, держа в руках пол-литровую кружку эспрессо, и ругается сквозь зубы.

Пока он танцевал ночь напролет в объятиях Аннетт, рынок глобальной репутации ушел в нелинейность. Люди стали вкладывать свое доверие в Христианскую Коалицию и Альянс Еврокоммунистов — верный признак плохих времен — а репутация торговых отраслей, казавшихся безупречными, отправилась в свободное падение — как будто бы вскрылся большой коррупционный скандал.

Манфред обменивает идеи на кудо[78] благодаря Сообществу Свободного Интеллекта, этому побочному детищу Джорджа Сороса и Ричарда Столлмана. Его репутация основана на пожертвованиях публичному благу, а у этой медали нет обратной стороны. Поэтому он сначала оказывается оскорблен и поражен, когда узнает, что упал на двадцать пунктов за последние два часа, а потом и испуган, завидев, что и всем остальным досталось. Он ожидал падения на десять пунктов, но то был вклад в опционы — цена использования того анонимного смесителя багажа, который направил его старый чемодан в Момбасу, а новый — в офис потерянных вещей в Лутоне. Но это более серьезно. Как будто весь рынок оказался поражен эпидемией какой-нибудь доверической болезни.

Аннетт деловито снует вокруг, показывая расстановку и последовательность событий криминалистам, которых глава отдела прислал в ответ на ее звонок о помощи. Кажется, вторжение не столько встревожило ее, сколько рассердило и потрясло. Сеть алчности, в крепкие тенета которой может попасться любой классический исполнитель быстрорастущей компании, в бездефицитном будущем Манфреда подвергнется искоренению, но пока это неизбежная производственная опасность. Эксперт и экспертесса, пара молоденьких лощеных загорелых ливанцев, тычут желтым жерлом масс-спектрометра туда и сюда, и соглашаются, что да, определенно в воздухе есть что-то, весьма похожее на оружейную смазку. Но, к огромному сожалению, нарушители носили маски, препятствующие отслоению частичек кожи, и они замели следы пылью, которую весьма предусмотрительно собрали пылесосом в городском автобусе, так что идентификация генома абсолютно невозможна. В настоящий момент они соглашаются классифицировать произошедшее как подозрение на попытку покушения по служебным мотивам (источник: неизвестен, степень тяжести: тревожная), и посоветовать понизить порог срабатывания на домашней телеметрии, чтобы запись событий включалась вовремя. И не забывайте носить камеры-сережки; никогда не отключайте их. Наконец, они уходят, Аннетт запирает дверь, прислоняется к ней и ругается целую минуту подряд.