Читаем Акселерандо полностью

Иски… случайны. Именно случайность — единственная закономерность, которую Манфред может заметить. Некоторые из них — обвинения в нарушении патентов. Эти Манфред мог бы воспринять всерьез, если бы не тот факт, что треть из их целей — компании, которые за пределами своей внутренней среды не делают в настоящий момент вообще ничего. Некоторые являются обвинениями в управленческих нарушениях, но попытка разобраться обнаруживает целую кучу чепухи. Обвинения в неуставном увольнении, дискриминации по возрасту — и это иски к компаниям, в которых нет работников! Жалобы на торговлю не по правилам. А один иск утверждал, что обвиняемые (в сговоре с премьер-министром Японии, правительством Канады и эмиром Кувейта) используют орбитальные лазеры, управляющие сознанием, чтобы заставить собачку истца непрерывно тявкать днём и ночью.

Манфред вздыхает и наскоро подсчитывает. При нынешнем темпе иски атакуют его сеть корпораций со скоростью один раз в шестнадцать секунд — и это в сравнении с полным их отсутствием за предыдущие шесть месяцев. Еще через день настанет насыщение — его возможности отбиваться будут задействованы по максиму. А если так будет продолжаться еще с неделю, их станет достаточно, чтобы не хватило всех судов Соединенных Штатов. Кто-то нашел способы обращаться с исками так же, как он сам обращается с компаниями, и избрал в качестве цели его самого.

Сказать, что Манфреду это не кажется забавным — значит ничего не сказать. Если бы не влияние эмоционального состояния Аннетт, и раздражение из-за вторжения, он был бы чертовски зол, однако он еще в достаточной мере человек, чтобы реагировать прежде всего на человеческие стимулы. Поэтому он решает сделать что-нибудь с этим немного погодя — пока в его памяти все еще свежи летающий пистолет и переодевание.

Секс, трансгрессия[80] и сети — вот что сейчас занимает сознание Манфреда, и тут Глашвитц звонит опять.

—Алло? — рассеянно говорит Манфред. Мысли об электронном боте-генераторе исков, атакующем его системы, здорово его увлекли.

—Макс! Неуловимый мистер Макс! — Глашвитц, определенно, весьма доволен тем, что выследил свою цель.

Манфред морщится. —Кто вы? — спрашивает он.

—Я звонил вам вчера — говорит адвокат. —Вам бы следовало меня послушать. Он премерзко хихикает. —Теперь я достал вас!

Манфред держит трубку подальше от лица, как будто она радиоактивна. —Я записываю разговор — предупреждает он. —Кто вы, черт вас побери, такой, и чего вам нужно?

—Ваша жена решила продолжить пользоваться моими услугами, чтобы добиться удовлетворения своих интересов в разводе. То, что вчера я позвонил вам, было знаком, что ваши средства защиты иссякают. Сейчас у меня на руках ордер о замораживании всех ваших активов, подписанный в суде три дня назад. Эти смехотворные компании вам не помогли, и теперь она взыщет с вас именно то, что вы ей задолжали. После, собственно, налогов. На этом пункте она особенно настаивала.

Манфред оглядывается, ставит телефон на удержание вызова на минутку. —Где мой чемодан?— спрашивает он Айнеко. Кошка крадется прочь, не обращая на него никакого внимания. —Вот дерьмо…— Чемодана нигде не видно. Может, сейчас он на пути в Марокко, вместе со своим бесценным грузом высокоплотного шума? Манфред снова уделяет внимание телефону. Глашвитц нудит что-то про справедливое урегулирование, про накопившиеся налоговые счета — по всей видимости, материализовавшиеся прямиком из фантазий Памелы (с пометкой —одобрено цензурой), и про необходимость сделать чистосердечное признание в суде и исповедаться в своих грехах. —Где гребаный чемодан??— Он снимает вызов с удержания. —Да провалитесь вы, заткнитесь, пожалуйста. Я пытаюсь думать.

—Я не собираюсь затыкаться! Вы уже на судебном слушании, Макс. Вы не можете избегать ответственности вечно. У вас есть жена и беспомощная дочь, о которых надо заботиться…

—Дочь? Это сметает мысли Манфреда о чемодане.

—Вы не знали? —В голосе Глашвитца звучит приятное удивление. —Она была декантирована в прошлый четверг. Совершенно здорова, как мне сообщили. У вас есть наблюдательский доступ к сетевой камере клиники — я-то думал, вы знали. Впрочем, я оставляю вас. Хорошенько обдумайте все это. Чем быстрее вы придете к соглашению, тем быстрее я разморожу ваши активы! До свидания!

Из-за платяного шкафа Аннетт доносится жеманное бип-бип, и чемодан въезжает в поле зрения. Манфред облегченно вздыхает и подзывает его. Отлично. Нечего париться — и о ночных налетах объективистских гангстеров, и о дующейся Аннетт, и о непрерывном судебном спаме от его жены, и даже о новости, что он стал отцом против собственной воли. Самое время уделить внимание плану Б. —Ну, иди ко мне сюда, гулящий чемодан. Посмотрим-ка, что у нас тут. Время поработать над репутацией…

* * *

Раcслабление.